— Смотри, — Арон на секунду задумался, после чего яркий, малиновый рот со свистящим звуком вытянулся, нежная кожа губ потрескалась, из трещин показались острые, как бритва зубы. Импровизированные челюсти сомкнулись в двух сантиметрах от лица Мелиссы, русалка вздрогнула, прижавшись к архаи.
Хриплый смех невнятным эхом отразился от стен.
— Я бы никогда не стал портить столь красивое лицо. Пошли.
Женщина взяла себя в руки, взглянула вниз, и, успокоившись, что идёт по обычной земле, смело зашагала вперёд.
— Наивная ты моя, лучше не забивать эту милую головку лишними знаниями.
— Только не говори, что мой хвост касается каких-то… — красноречивый взгляд Арона послужил ответом.
Недовольно фыркнув, интриганка продолжила путь, вдыхая и упиваясь энергией, исходящей откуда-то снизу.
Как Арон ни дразнил её, как ни пугал, как ни унижал, но перестать восхищаться и любить не мог. Мелиссе это нравилось.
С каждым шагом энергия, словно огонь дракона, вырывающийся из пасти, обжигал мужчину и женщину. Тело русалки дрожало, глаза расширились, ноздри жадно вдыхали раскалённый воздух. Арон наслаждался производимым эффектом.
Резкий изгиб коридора, и пара оказалась на небольшой площадке, выступе скалы, созданной самой природой много веков назад. Два-три метра вперёд и под ногами разверзнется пропасть, пугающая глубиной и злобным оскалом острых зубов-камней, расположенных по периметру. Энергия заполнила тело, монотонным гулом лаская слух. Оглядевшись, Мелисса поразилась цвету камней в пещере: тёмно-коричневый с алыми прожилками, словно кровь, текущая по венам когда-то сломленного исполина. Снизу, будто из преисподней, поднимались клубы едкого, багрового дыма, превращаясь в причудливые фигуры, напоминающие монстров Иного мира. Сотни стонов, отражаясь от холодных стен, растворялись под сводами пещеры, дополняя картину ужаса, искусно созданную Ароном. Истинное царство зла и тьмы во главе с повелителем.
Вихри энергии в бешеном темпе носились по замкнутому пространству, отскакивая от стен и сталкиваясь друг с другом. Но только Арон мог видеть их, Мелисса лишь ощущала… Закрыв глаза и широко расставив руки, женщина упивалась причастностью к неизмеримому могуществу и власти. Экстаз овладел существом. С губ сорвался вопрос:
— Кто там… внизу?
— Оболочки, когда-то бывшие людьми.
Русалка открыла глаза, удивлённо уставившись на мага:
— И они согласились?
И вновь оскал, и вновь животный взгляд любимых глаз:
— Я научился обходить их согласие.
Женщина хищно облизнула губы, представляя, какую силу и мощь могут дать тысячи несчастных, безвольных оболочек.
— Ты не говорил мне об этом.
— Говори я тебе всё, то закончил бы как Моран триста лет назад.
Нет доверия и сердца, нет правды и души, но есть власть и страх, ставшие смыслом их жизни. И первобытные инстинкты, и животная страсть, и бешеный секс двух сущностей.
— Что с ними происходит…там? — не унималась Мелисса, чувствуя, как непонятно откуда возникшее возбуждение накатывает тяжёлой волной.
— Лучше тебе не знать, забудь, — взгляд зверя, голодный и жаждущий, — сейчас я дам тебе то, от чего ты не сможешь отказаться.
Арон поднял глаза к потолку, с губ сорвались слова на древнем языке Иного мира. Жар охватил женщину, спустя минуту Мелисса ощутила покалывание в районе хвоста, и вместо привычной чешуи взору красавицы предстали стройные ноги. Желание поглотило остальные чувства.
— Это ненадолго, — произнёс Арон и бросил девушку на камни. Он вошёл в неё быстро и грубо, наслаждаясь стонами и болью от острых ногтей, с силой разрывающих кожу на спине. Крики страсти наполнили пещеру, два монстра стали единым целым… организмом, ведомым первобытными инстинктами… над пропастью в ад…
Вскоре всё закончилось, и обессилевшая русалка била хвостом по камням, переживая последние волны экстаза. Арон отвернулся со словами:
— Я предупреждал, это ненадолго. За магию нужно платить, а за эту — по двойному тарифу. И только идиоты думают иначе….
— Но… — слова застряли в горле, по щекам покатились золотые слёзы. Счастье и боль в одном флаконе, причём, в самых крайних стадиях своего проявления.
Внезапно мужчине стало жаль создание, так жестоко лишённое плотских утех.
— Не плачь, если всё пойдёт хорошо, мы повторим нашу любовь.
Монстры тоже хотят любви… пусть злобной и мелочной, пусть мёртвой и бездушной, но любви, только понять они не в силах — это будет уже не любовь…
— Ради такого я готова на всё, — голов сорвался на крик, рыдания вырвались из глубин порочной натуры.
Рот скривился в ехидной ухмылке, время пришло:
— На всё? Даже убить Морана?
Губы растянулись в улыбке, но ответ получился солёным и обречённым:
— Если потребуется, то да…
Он хотел верить, но не мог, от Арона не скрылась тень сомнения, мелькнувшая во взгляде. Этого было достаточно.
«Чем он держит тебя? Чем манит? Ты не можешь забыть его… спустя триста лет… Ты просто вывела этого мужчину за скобки, занимаясь своей жизнью, как Ливон вывел чувства к Мари… Ты предала его, обрекла на смерть, но не отпустила… Он — твоя слабость… Конечно, между собой и им ты выберешь себя, но если потребуется сделать иной выбор…»
— Арон, ты слышишь меня? Я согласна на всё, — глас вопиющего в пустыне.
— Да, моя королева.
Жаль, Мелисса не видела холодного взгляда архаи, устремлённого в пустоту.
========== Глава 31 ==========
Никогда не любила… от осознания этого факта становится легче, но горькое послевкусие предательства изгнать не так-то легко… может, позже, намного позже.
Спустя несколько часов Джули с трудом понимала, зачем согласилась на встречу с Максом.
Из жалости. Но данное чувство не особо присуще брюнетке.
В память о старой дружбе или былой «любви», а, если быть точной, комфортном времяпрепровождении. Тоже нет. Подобные сантименты не для Фарион. В отношениях она не любила возвращаться в прошлое, как и не умела прощать.
Что тогда? Предчувствие… Странное ощущение причастности Макса к событиям, происходящим вокруг подразделения ликвидатора, к событиям, происходящим вокруг неё самой.
И самое плохое во всём этом: полное отсутствие фактов и целостной картины, лишь разрозненные пазлы, всё на инстинктивном уровне. Это начинало бесить.
«Иду в кромешной тьме навстречу тьме». Раньше с ней рядом шёл Ричард, сейчас одна. Тревожная безысходность царила в душе Фарион, и с ней Джули направилась к выходу из офиса навстречу горемычному бывшему. В голове невольно возникли мысли о Софии, вот кому можно открыться, не боясь быть неправильно понятой.
«Хватит. Пора серьёзно всё обсудить и разобраться в наших отношениях, после разговора с Максом пойду к Гаремовой».
Агент 007 ожидал девушку, идеально подготовившись к серьёзному разговору. Слова о «не любви», небрежно брошенные в телефонной беседе, зацепили мужчину. Причёсан и выбрит, чёрное, длинное пальто скрывает тщательно отутюженный костюм, модные туфли с заострёнными носами завершают образ героя-любовника. Макс мог произвести впечатление на даму, особенно, когда ставил перед собой такую цель. Идеальная внешность молодого человека практически в начале жизненного пути, только руки, нервно теребящие перчатки, и тёмные круги под глазами говорили о сильных волнениях, сопровождающих этот самый жизненный путь.