Доверчивость сгубила многих – уж это Стефано Гримани успел понять. А еще помнил, что именно привычка ожидать удара с любой стороны не раз спасала того же Тото Риину от множества покушений со стороны как явных врагов, так и тайных. Потому-то рядом с Джулией был не только новый капо клана, но и один привычный для внучки, не слишком выделяющийся, но очень полезный человек… Гвидо Пирелли. Абсолютная преданность – сразу по нескольким, но весомым причинам – семье Гримани сочеталась в нем с каким-то религиозным восторгом, с фанатизмом, обращенным к Джулии. Это нельзя было назвать даже влюбленностью, ведь можно ли желать… богиню? Стефано Гримани не видел особенного смысла в том, чтобы докапываться до причин подобного, но вот использовать к своей пользе – это совсем другое дело.
Использование уже успело принести некоторые плоды. Являясь с некоторых пор еще и солдатом нового в клане капореджиме, Пирелли еще сильнее и усерднее наблюдал, стараясь вести себя как обычно, с энтузиазмом исполнять все поручения, но не забывать главное для себя – охранять и ограждать от любых проблем Джулию Гримани. Если бы к усердию еще и ума с сообразительностью побольше… Но глава Катандзаро понимал, что фанатизм в любом его проявлении не слишком часто сочетается с развитым интеллектом. Гвидо тут не был исключением из правила, ведь даже сокурсника внучки изображать у него получалось с заметным таким трудом.
И все же кое-что у него получалось. В том смысле, что удалось понять хотя бы часть происходящего с внучкой. Стефано Гримани совсем не был удивлен, что Джулия расценила свое временное удаление на один из средиземноморских курортов как этакую ссылку, насилие над личностью. Это было ожидаемо, но вместе с тем… Ожидался и очередной громкий скандал с настойчивыми требованиями возвращения «свободы действий и перемещений», но… тишина. Обычное ворчание и ядовитые высказывания во время разговоров не в счет. Нечто новое и заслуживающее пристального внимания, вот чем было изменившееся поведение юной Гримани. Очевидным было влияние со стороны, понятно, с чьей именно.
И снова Антонио ди Маджио, капореджиме клана, получивший это повышение как раз для присмотра за Джулией, для ее защиты от возможных угроз, самых разных, исходящих с любой стороны. Было понятно, что этот умеющий убивать способен и защищать… если видит в том необходимость. А вот какая необходимость у него была в том, чтобы довольно необычным образом сближаться с опекаемой – тут Стефано Гримани оказался вынужден серьезно призадуматься. Сама Джулия явно, напоказ выставляла свою связь с ди Маджио, чем не вызывала никакого удивления со стороны родителей, братьев, различных приятелей и просто знакомых. Для нее, меняющей любовников как платья, в очередном увлечении не было ничего особенного. На первый взгляд. Зато если как следует присмотреться, то это могло представлять собой попытку привязать полезного человека, вдобавок имеющего потенциал к росту. На второй взгляд, куда более пристальный.
Многие бы остановились уже на этом, но Стефано Гримани прошел суровую школу выживания, когда опасность грозила отовсюду, в том числе и от своих же, только из других кланов, а то и совсем изнутри, от недовольных в собственном. Оттого и привык искать тайники внутри тайников. По большей части подозрения оказывались ложными, но вот сейчас быть абсолютно уверенным он не мог.
Любовник внучки, очередной, пусть и имеющий определенные планы? Предсказуемо и естественно. Было бы предсказуемо, будь оно так на самом деле. Пирелли же сильно подозревал, что о любовных отношениях там речи не идет. Или идет, но так, постольку-поскольку. Джулия, при всей своей любвеобильности, редко когда спала одновременно с двумя кавалерами. Меняла часто, да, но именно меняла. Тут же… И она то и дело снимала в том или ином баре/клубе парня на вечер, да и ди Маджио часто очаровывал очередную туристку или кого из местных красоток. Это ими обоими не афишировалось, но и не скрывалось. Зато тесные отношения между собой выставлялись напоказ, демонстрировались всем интересующимся и не очень. В том и странность.
Безобидная вроде бы странность, и глава клана Катандзаро закрыл бы на нее глаза на какое-то время, но… Ди Маджио, причем при полной поддержке и одобрении Джулии, тщательно изучал криминальную жизнь острова, на котором находился. Изучал, посылал людей, получал какие-то отчеты. Гвидо, понятно, докладывать никто не собирался, а на осторожные вопросы что ди Маджио, что Джулия говорили фразы вроде: «Придет время – сам узнаешь». Зная же свою внучку и успев в какой-то мере изучить своего нового капо, Стефано Гримани предполагал, что мелочью дело не ограничится.