Одно точное движение — и чип звякнул о дно заранее приготовленного чистого блюдца.
— Отлично, — выдохнул Джей. Его напряженные плечи заметно расслабились. — Теперь я свободный человек, как и ты.
— Не торопись, свободный человек, — нервно усмехнулась Келли. — Эту красоту еще закрыть надо.
Створка схлопнулась, и Келли сомкнула над капсулой ровные края ранки. Пара аккуратных стежков, кусочек стерильной салфетки, полоска пластыря поверх — и уже почти ничто не напоминает о проведенной операции.
Разве что подсыхающие красные потеки на спине Джея.
Келли окунула салфетку в теплую воду с растворенным в ней виски и медленно, аккуратно вытерла кровь с его спины.
— Как себя чувствуешь?
— Да так… Непривычно. Как будто я оглох. Или онемел. Так было, когда я отключал чип мысленным импульсом, но теперь он… не подчиняется. — Он встал со стула и повернулся лицом, сграбастал Келли в объятия. — Спасибо, детка. Не представляешь, какое это счастье — самому контролировать свой мозг и просто быть собой.
Келли потерлась носом о его безволосую грудь и вздохнула, так и не найдя в себе силы отлипнуть.
— Мне страшно.
— Не бойся. С Двадцать восьмым я постараюсь договориться.
— Он узнает, что ты сделал?
— Узнает обязательно. Но не сразу.
— Он выполняет протокол ликвидации. Как ты собираешься ему помешать?
— Есть кое-какая задумка. Не то чтобы слишком надежная, но может сработать. Только для этого еще до встречи с Двадцать восьмым мне надо найти его шаттл.
— Зачем?
Келли, преодолев внутреннее сопротивление, отстранилась от Джея и посмотрела ему в глаза. В нежность, которую они излучали, можно было закутаться, как в мягкое одеяло.
— На этот вопрос я буду готов ответить чуть позже. Ложись спать, детка, а я еще немного посижу, поиграю со своим чипом через хозяйский порт-комп.
Откровенно говоря, в глубине души Келли рассчитывала на несколько другое продолжение вечера, а потому приняла предложение Джея с изрядной долей огорчения. Неизвестно, чем завтра закончится его встреча с киборгом-убийцей, да и вообще Келли уже как-то привыкла к тому, что нужно успевать жить сегодняшним днем, ведь «завтра» может уже и не наступить.
Поэтому не хотелось лишать себя маленьких удовольствий, раз уж их отношения перешли на новый уровень. Но это все равно не повод вешаться мужчине на шею, когда он решил заняться делами, и Келли очень постаралась не подать виду, что разочарована.
Перестелив белье в одной из спален с большой кроватью, она с наслаждением завернулась в теплое одеяло и мгновенно провалилась в сон.
Измученное хроническим недосыпом сознание не хотело выплывать из плотного, как морские глубины, сонного забытья. Келли даже тихо застонала, пытаясь вернуться обратно в уютное небытие: сон оставил после себя приятное послевкусие, хотя что конкретно ей снилось секунду назад, она уже не могла бы вспомнить.
А вот то самое сладкое томление осталось. Но для него как раз нашлась вполне реальная причина: Джей, пристроившись под одеялом сзади, медленно и самозабвенно целовал обнаженную спину Келли. Только теперь она осознала, что широкая футболка задралась до самых подмышек — сама по себе или с чьей-то помощью, еще вопрос — и коварно открыла плацдарм для наступления с тыла.
Джей запечатлел между лопатками особенно долгий, чувственный поцелуй, от чего у Келли вдоль позвоночника пробежали мурашки. А потом загребущая пятерня бесцеремонно улеглась на бедро.
— Я вообще-то сплю, — простонала Келли из чистого упрямства.
Хотя вышло подозрительно похоже на стон удовольствия.
— Уже нет, — мурлыкнули сзади, томно и хрипло. — У тебя дыхание изменилось.
Мурашки безудержно расползлись по плечам и груди, в низу живота тягуче защекотало от ласковых прикосновений.
— Еще бы не изменилось, если… уфф… Джей, вообще-то нехорошо будить спящего человека ради своей прихоти. Это называется эгоизм.
— Прости, — жарко выдохнул он ей в поясницу, и Келли даже губу прикусила, чтобы не застонать снова. — Рука болит. Нужно обезболить.
И он, перегнувшись прямо через нее, помахал перед лицом страшной когтистой «лапой». Келли не выдержала и хихикнула. Закрыла глаза.
— Мне лень.
— Ну и лежи себе, — пробормотал он, дразня дыханием и губами ее кожу. — От тебя ничего не требуется.
Лежать, закрыв глаза, и просто наслаждаться любовью — что может быть лучше?
Он быстро раскусил, что и как нравится ее телу. Мир вокруг потерял всякое значение, для нее существовал только Джей. Его хриплый, срывающийся шепот, его затуманенные похотью глаза, капелька пота, стекающая по виску, рисунок вен, вздувшихся под кожей, его твердые, как камень, плечи, его доводившие до безумия ритмичные движения, которых было мало, мало, мало…