Настало роковое число. Я сидел в комнате у накрытого стола и смотрел на дверь.
Ровно в двенадцать постучали. Вошел полковник. Но не один. Вместе с ним пришли телохранители, у обоих в кармане торчали наганы.
Не все, оказывается, я предусмотрел. Забыл о личной охране атамана. Она абсолютно исключала возможность выполнения операции.
Гости расселись вокруг стола, я подал чай, кое-какие сладости, чтобы веселее было коротать время. Занавеска, как и в прошлый раз, была отдернута, и нам открывалась улица, по которой двигались прохожие. Болтая, полковник бросал мимолетные взгляды, выискивая фигуры в халатах. Специального разговора не было, касались всякой всячины, иногда, правда, атаман вспоминал прошлые походы, особенно на Джаркент. Минул час, потом второй. Сидоров ждал. Я терпел — мне-то было известно, что никто не придет.
— Запаздывает купец, — огорченно заметил полковник.
— Видно что-то помешало ему, — попытался объяснить я. — Он ведь тоже приехал под вымышленным именем.
— Вот как? — покачал головой атаман. — Жаль, что не встретились. Ну, спасибо за чай.
Гости, несколько расстроенные, покинули мою комнату.
Снова я один, снова ломаю голову над уже не имеющей решения задачей. Ночь провожу почти без сна. Утро еще более усиливает волнение: вдруг прозвучит приказ о выступлении отряда или появится на горизонте посланник Курширмата. Приближающаяся опасность заставляет меня снова пуститься на риск. Бегу в кузницу. На этот раз меня никто не задерживает. У входа дежурит знакомый казак из личной охраны атамана.
— Все выяснил, — торопливо докладываю Сидорову. — Представитель не решился войти, так как увидел в комнате посторонних людей. Я объяснил ему — это охрана. Он поставил условие: встречаться и решать дела только с глазу на глаз. У него секретное поручение. Он не хочет, чтобы и я присутствовал.
— Пугливый купец, — улыбнулся Сидоров. — Черт, в Семиречье идти не боялся, а здесь, у своих, струсил.
— Такое время, атаман.
— Время, верно, трудное. Значит, сегодня. В то же время?
— Да, в двенадцать.
— Приготовьте что-нибудь на стол солидное, но без выпивки. Такие дела за рюмкой не решаются, буду без пятнадцати двенадцать…
На этот раз я был уверен, что план удастся выполнить. Кажется, все предусмотрено. Только бы атаман не прихватил с собой казака и не поставил его за углом на всякий случай.
Полковник оказался точным, как всегда. Вошел в комнату ровно без пятнадцати двенадцать.
Я попросил его сесть против окна, чтобы первым увидеть человека в полосатом халате. В руки ему дал книгу, не помню уже какую.
Сам продолжал подносить к столу сладости.
— Как только увидите гостя, — предупредил я, — дадите мне сигнал. Оставлю вас одних.
Полковник кивнул и стал пристально смотреть в окно…
…На этом закончился последний визит атамана в мой дом.
Через полчаса я запер дверь на замок, закрыл ставни и тихими улицами выбрался к пригороду Кульджи. Еще через полчаса вместе с Эрса Юсуф ходжаевым мы оседлали коней и покинули город.
Шестнадцатого августа 1922 г. я благополучно прибыл в Джаркент и лично доложил о проведенной операции. Мой доклад подтвердили синьцзянские власти: через несколько дней на улицах Кульджи и других городов провинции появились объявления на китайском, русском и уйгурском языках, обещавшие 5 000 китайских ланов за поимку Касымхана Мухамедова. Семь человек из отряда Сидорова были посланы в Джаркент с приказом выследить и уничтожить меня. Белогвардейские агенты опоздали. Я был уже далеко от границы.
Источник: Мухамедов К. Особое задание. // Сб. Чекисты рассказывают… Ташкент. 1985, с. 69—100.
Часть третья
ИМПЕРИЯ НАНОСИТ ОТВЕТНЫЙ УДАР
Глава 9
КАК ГОРЕЛА ЗЕМЛЯ
Выше было рассказано о том, как в Москве планировалось с помощью подрыва нескольких фугасов уничтожить Адольфа Гитлера во время его посещения Кремля. На самом деле осенью 1941 года было заминировано не меньше десяти советских крупных городов. Правда, не везде смертоносная взрывчатка предназначалась для руководства Третьего рейха. Например, в конце августа 1941 года главнокомандующий войсками Северо-Западного направления маршал Клим Ворошилов выдвинул стратегическую инициативу — заминировать и взорвать крупные ленинградские заводы и фабрики, электростанции и магистрали, мосты, а также Балтийский флот, чтобы они не достались наступающим войскам противника.