По спине Лили пробежал холодок, но она по-прежнему гордо задирала чос. В своей жизни ей пришлось выдержать немало подобного рода стычек, и никогда она не давала спуску своим противникам. Не обращая более внимания на Велвит, Лили прошла к изношенному ручному насосу и принялась набирать воду для первой порции стирки.
— Я очень разочарована, а мы могли бы стать друзьями, — бросила она через плечо.
Велвит в изумлении качала головой, наблюдая, как Лили тащит ведро с водой и заливает ее в котел. Несмотря на внешнюю грубость и неотесанность, Велвит, пожалуй, совсем не была такой наглой особой, за которую пыталась сейчас себя выдать.
— Так вы, стало быть, и впрямь хотите брать вещи в стирку? — пробормотала она, явно ошарашенная. — Вы залучили себе такого ухажера, ведь майор будет о вас заботиться, вы все равно хотите это делать?! — И она неловко взмахнула рукой в сторону чугунной лохани для стирки.
Лили, направлявшаяся было к насосу за очередной порцией воды, замерла на месте. Вот уже второй раз за этот день с ней впрямую заговорили по поводу ее отношений с майором.
— Что вы имеете в виду, когда говорите, что майор хочет обо мне заботиться?
Грубые щеки Велвит запылали как маков цвет. Ее явно посетили некие приятные воспоминания о прежних, давно минувших днях.
— Я-то думала, вы и сами знаете, — отвечала она, лукаво блеснув зелеными глазами.
Лили изо всех сил старалась не поддаваться гневу. В свое время она твердо усвоила истину: человек, потерявший контроль над своими чувствами, наверняка проиграет в споре.
— Я — не проститутка, — как можно более спокойно и значительно произнесла она. — Более того, я далека от мысли о том, что все до одной женщины, живущие на Мыльной Улице, занимаются отвратительной торговлей своим телом. Вот вы, например?
Велвит ошалело уставилась на Лили, словно та выплеснула ей в лицо ведро воды; она молча глотала воздух, пытаясь что-то сказать в ответ, но слова застревали у нее в горле.
— Вам, пожалуй, лучше уйти, — заметила Лили, берясь за ручку насоса. — У меня полно работы.
Велвит, так и не нашедшая, что сказать, в конце концов закрыла рот и, тяжело ступая, удалилась восвояси. Лили наполнила котел, добавила под него дров и бросила в мыльную воду белье, принесенное Джаддом Ингрэмом.
В течение всего дня к Лили приходили солдаты с грязным бельем, которые с вожделением поглядывали на ее точеную фигурку. Девушка встречала их всех возле крыльца и более-менее тактично направляла разговор только на свое «прачечное дело».
Вечером, когда уже садилось солнце, к Лили зашла Сандра и принесла тарелку, покрытую крахмальной бело-голубой салфеткой. Лили была донельзя измотана, но горда и довольна: если все последующие дни будут похожи на этот, она мигом заработает целую кучу денег.
Сандра оглянулась на царивший в коттедже беспорядок и покачала головой. Лили и сама понимала, что ее жилище едва ли годилось для приема гостей. Кроме кровати, помещавшейся в закутке возле кухонной печи, в единственной комнате имелись лишь пара стульев, стол да книжная полка. Мерцающий свет керосиновых ламп едва рассеивал тьму.
Лили устало улыбнулась и наполнила горячим кофе две чашки.
— Тетушка сказала, что ты должна съесть все до последнего кусочка, — предупредила Сандра, усевшись за стол и снимая салфетку с принесенной тарелки.
Лили с радостью обнаружила, что ее ожидает чудесный ужин из жареного цыпленка, сладкой кукурузы и отварного картофеля.
— Спасибо, — сказала она, положила салфетку на колени и приступила к первой за весь день нормальной трапезе.
Сандра, наблюдая, как она ест, нетерпеливо постукивала по полу туфелькой.
— Я вижу, у тебя было много клиентов сегодня, — заметила она, кивнув в сторону кучи белья, готовой к глажке.
— Я даже боюсь, что не успею управиться со всем этим вовремя, — отвечала Лили, проглотив изрядный кусок цыпленка.
— Ты ведь не впускаешь их в дом, правда? — спросила Сандра, смущенно покосившись на кровать. — Если ты сделаешь это, у них могут возникнуть всякие нежелательные мысли.
Лили торопливо кивнула и почувствовала, как покраснела. По правде сказать, при взгляде на кровать она всякий раз думала вовсе не о клиентах. Она представляла, как ей придется делить это узкое ложе с Калебом.
— Мне сегодня нанесла визит одна женщина с Мыльной Улицы, — сообщила она. — Она сказала, что ее зовут Велвит, хотя по внешнему виду она не бархат, а скорее дерюга.
Сандра вся подалась вперед и со значением погрозила пальчиком. Лили бросилось в глаза, что по сравнению с чудесным ситцевым платьем Сандры ее старый миткалевый наряд выглядит просто как тряпка.
— Тебе надо быть осторожнее с этими особами, Лили Чалмерс. Кое-кто из них может быть подчас даже грубее мужчин.
— Мне показалось, что у этой Велвит есть душа, — пожала плечами Лили, — хотя внешность и манеры у нее грубые. И я не думаю, что она по своей воле живет такой жизнью.
— Но если она не хочет так жить, то почему же она это делает? — с неожиданной неприязнью сказала Сандра. — Ты просто слишком наивна, Лили.
— Не всем так повезло в жизни, как тебе, Сандра, — потупив взор и отложив в сторону вилку, возразила Лили. — Чтобы вести достойную жизнь, необходимо иметь деньги.
— Ну вот, опять ты за свое, — со вздохом произнесла Сандра. — Ты не в силах изменить Мыльную Улицу, Лили, и тех женщин — тоже. Если я что-то и поняла за свою короткую жизнь, так это то, что, если только человек захочет, он сам способен переменить свою жизнь.