– Это зависит от обстоятельств, – ответил он ледяным тоном.
– От каких? От каких таких обстоятельств это может зависеть?
– Например, от того, говоришь ли ты правду.
– А зачем мне лгать? – возмутилась Лили. – Послушайте, это действительно важно…
– Зачем тебе лгать? Этого я не знаю. Но я не верю, что моя домоправительница могла кого бы то ни было ударить за украденное яблоко.
– Она это сделала, клянусь вам! А вы не хотите и пальцем пошевелить!
– Я поступлю по справедливости. Злоупотреблений в своем доме я не потерплю. – Он побелел от гнева, заслышав ее смех, полный недоверия и сарказма. – Но если окажется, что ты солгала, мы оба знаем, что это уже не в первый раз.
Лили закрыла рот: удар попал точно в цель.
Дэвон злорадно усмехнулся.
– Как я погляжу, на это у тебя нет ответа. Минута прошла в молчании.
– Я поговорю с миссис Хау, – сквозь зубы уступил он.
– Нет! – возразила Лили, собираясь с силами. -Поговорите с Лауди. Ради всего святого! Она расскажет вам всю пр…
– Довольно! – Внутренне признавая ее правоту, он разозлился еще больше- Как я уже сказал, это не мое дело. Не желаю иметь ничего общего с.
Лили не заплакала, не отвела глаз, но какая-то странная тусклая пелена затянула ее взгляд словно куриной слепотой. Непроизнесенное слово повисло между ними, пока наконец она не договорила за него:
– … прислугой. Дэвон поднялся.
– Лили, – начал он, понятия не имея, что говорить дальше. Впрочем, оказалось, что это не важно: она повернулась на носках и убежала через балконную дверь, растворилась в ярком блеске дня прежде, чем он успел сказать еще хоть слово.
Выходя из-за стола, он ударился коленом об острый угол и в сердцах с проклятьем пнул сапогом резную дубовую тумбу.
– Так его! Покажи этому сукину сыну, что играть надо честно, без подножек.
Дэвон обернулся. Его суровое лицо расплылось в радостной улыбке.
– Клей! Ах ты, чертов ублюдок! Слава Богу, наконец-то!
Они сошлись на середине комнаты. Не обращая внимания на протянутую руку Дэвона, Клей восторженно обнял брата и приветственно хлопнул его по спине. Дэвон поморщился и крякнул от боли. Клей отскочил.
– О Боже, Дэв, что случилось? Тебе больно?
– Да нет, все в порядке.
– Я же вижу, что что-то не так.
– Царапина. Все уже зажило.
Дэвон злился на себя за слабость: ведь стараясь свести на нет последствия безумной выходки Клея, чтобы пощадить его дурацкие чувства, он действовал вопреки своим же собственным намерениям, хотя с самого начала твердо обещал себе, что уж на этот раз выскажет младшему братцу все, что накипело.
– Что у тебя с плечом?
– Оно уже зажило и дает о себе знать только при встрече с каким-нибудь косолапым медведем. – Тут Дэвон решил объяснить все толком. – Один из офицеров конного отряда из Фальмута зацепил меня штыком. Но я отправил его отдыхать, – добавил он без ложной скромности. – Мне многое надо тебе рассказать, паршивый сукин сын.
Голубые глаза Клея заискрились.
– Нет, ты сперва меня послушай! – Он так горел желанием поделиться своими секретами, но тут же жалобно скривил губы. – Все дело в том, что я не могу тебе ничего рассказать. Ты же не хочешь ничего знать!
– Клей… черт тебя подери, если ты опять вляпался в историю… Ты же обещал, что это конец, ты слово дал…
– Это и есть конец. Вся моя команда распущена, все, кроме Уайли Фолка, разъехались. И вообще это уже не контрабанда.
– Ну… почти. Это нечто грандиозное! Не стану тебе говорить, о чем речь…
– И на том спасибо.
– … скажу лишь одно: это дело верное, надежное, и оно уже сделано. Это мое последнее приключение! Я сорвал последний куш, и не будь я и без того богат, то теперь уж точно разбогател бы!
Он рассмеялся, радуясь своему успеху. К тому же его позабавило застывшее выражение, появившееся на лице старшего брата.
Дэвон испустил длинную цепь грязных ругательств.
– Скажи мне только одно: продал ты этот чертов шлюп?
– Пока еще нет, – Клей примирительно поднял руку, – но скоро продам. Проклятье, я же всего два дня как вернулся!
– Два? Не стану даже спрашивать, почему ты являешься домой лишь на третьи сутки.
– Скажем так: мне надо было закончить кое-какие дела.
– Не терпящие лишних глаз, верно?
– Возможно. – Клей снова засмеялся, но сразу же помрачнел. – Слушай, Дэв, мне ужасно жаль, что тебя зацепило. Клянусь, я бы в жизни не попросил тебя о помощи, если бы знал, что все так скверно кончится.
– Знаю. Забудем об этом.
– Я не могу забыть. Уж лучше бы я был там вместо тебя, когда это случилось.