– Вив, – я осторожно взяла ее за руку. – Ты знаешь, что это невозможно. Ты – принцесса. Ты не можешь просто взять и...
– Сбежать? Почему нет? – Вивьен посмотрела на меня с вызовом. – Твоя мать смогла. Почему я не могу?
– Мать... – я замолчала, не зная, что сказать.
Леди Ривьера действительно смогла. Но какой ценой? Она оставила меня, оставила отца, чтобы жить так, как хочет она. И хотя я восхищалась ее силой, я также знала, какую боль она причинила тем, кто ее любил.
– Лилит, – Вив посмотрела на меня с мольбой. – Ты же понимаешь меня, правда? Ты же знаешь, каково это – быть под давлением чьих-то ожиданий.
Я кивнула. Конечно, я понимала. Я всегда понимала Вивьен лучше, чем кто-либо другой.
– Но, Вив, если ты откажешь принцу Рейнарду, то будет международный скандал. Твоя семья не простит тебе этого.
– Я знаю, – подруга вздохнула. – Но я не смогу жить так, как от меня требуют. Я не смогу быть той, кем так хотят меня видеть. Меня не устраивает роль разменной монеты в политической игре.
Мы замолчали, каждая погруженная в свои мысли. Я смотрела на Вивьен, на ее решительное лицо, и чувствовала, как в груди поднимается волна гордости за подругу. Она была сильнее, чем казалась. Сильнее, чем думала сама.
Но чем я могла сейчас помочь ей? Тем более, что у меня на горизонте маячили скорые проблемы с этим грешным инкубом. Самой бы выкрутиться.
– Когда расскажешь Сильверину? – осторожно спросила я.
Мой двоюродный братец был без ума от Вив. Сильверин всегда смотрел на Вивьен с обожанием, даже не пытаясь скрыть свои чувства. Ради нее он даже однажды залез в университетские теплицы, чтобы нарвать редких цветов, за что его потом заставили переписать три тома трудов Эсхарта Зеленолистного по травоведению. Как только с наказанием было покончено, Сильверин повторил свой подвиг с проникновением уже в императорскую оранжерею.
– Сильву? – Вивьен произнесла имя так, будто оно обожгло ей язык. – При чем тут он?
– Вив, не прикидывайся, он же тебе нравится, – хмыкнула я, наблюдая, как щеки Вивьен покрываются легким румянцем.
– Ну а смысл? – прошептала Вивьен, и в ее голосе прозвучала нотка сожаления. – Родители все равно никогда не одобрят этот брак.
– Даже не попытаешься? – спросила я, глядя на подругу. – Что-то не похоже на тебя.
Вивьен замолчала, и я поняла, что задела ее за живое.
– Я не знаю, – наконец сказала Вив. – Но Сильверин... он...
– Очень внимательный, чуткий и заботливый, – подсказала я, после чего осторожно предложила. – Может, стоит дать ему шанс? Если уж сбегать, то с ним. Так я хотя бы буду уверена, что ты в надежных руках.
– А как же принц Рейнард? – Вивьен посмотрела на меня с вызовом.
– Ты ведь уже решила, что не хочешь быть с ним, – напомнила я.
Вивьен вздохнула и закрыла глаза, словно пытаясь собраться с мыслями.
– Пойдем, – я взяла Вивьен за руку и потянула за собой к лестнице. – Пара танцев помогут тебе отвлечься. А завтра утром мы вместе подумаем, как быть дальше.
Стоило нам спуститься в зал, как рядом с нами оказался Сильверин. Похоже, он все это время следил за нами и только того и ждал, когда же мы присоединимся к гостям.
– Миледи, разрешите я украду вас на танец? – Сильв подхватил хитро подмигнувшую мне Вив и закружил ее в танце.
Проводив взглядом танцующую пару и убедившись, что больше никому до меня нет дела, я выскользнула в сад, который уже погрузился в мягкие сумерки. Меня ждали цветы амарсанта.
Глава 4
Я уходила все дальше от дворца, избегая неосвещенных тропинок, сплошь увешанных охранными заклинаниями, которые в свете луны сверкали не хуже драгоценных камней. Император умело хранил свои тайны, легко отбивая желание у любопытствующих сунуть свой нос куда не следует. Вивьен во всех подробностях описала мне, что ожидало любого бедолагу, вольно или невольно нарушившего границы дозволенного, и эта участь мне не особо импонировала.
Только меня не так просто остановить, поэтому я целенаправленно двигалась в сторону часовни святого Валентина. Не то, чтобы я любила пощекотать себе нервы, но все-таки не каждый день, а точнее ночь, появлялась возможность под полной луной общипать куст амарсанта, который, конечно же, рос в той части сада, куда обычным смертным путь был заказан. Увы, но иного способа добыть драгоценные цветы не существовало. К свободной продаже их не допускали, а засветиться на черном рынке означало бросить тень на репутацию отца и поставить крест на его карьере при дворце. Поди докажи потом, что тебе там вдруг понадобилось.