Когда-то Света удалённо зарабатывала текстами, которые прекрасно умела писать, но когда её изнасиловал, кажется, брат её папаши, почему-то решила, что раз уж всё равно она теперь «грязная» и «порченная», то что терять? И получала то болезненное, мазохистское наслаждение от собственных страданий, от унижения, от омерзения, хоть сама этого наслаждения почти не осознавала. Саморазрушение, начавшееся задолго до того случая, после этого переломного момента стало для неё наркотиком, с которого у неё никак не получалось слезть.
А ещё она вот уже несколько лет как всем сердцем влюблена в Олега – единственного парня, которому плевать на неё с высокой колокольни. И потому ненавидит Лилит, ведь на неё тот обращает хоть какое-то внимание. И плевать её изувеченной психике с искажённым восприятием реальности, что Олег Лилит гнобит, и это вот вообще не то, чему надо завидовать. Сама Света с радостью поменялась с ней местами – по крайней мере, сама Света так искренне считает. В её сознании не было разницы между попытками Олега унизить Лилит и неравнодушием. Для неё имело значение одно – внимание как явление.
Лилит же к ней даже неприязни не испытывала – лишь к её чувствам, которые приходилось ощущать. Сама же девушка вызывала у неё жалость и понимание. Ей ли не знать, каково это – строить свою жизнь на лжи? По сути, они со Светой в схожем положении – притворяются теми, кем не являются, лишь бы не стать изгоями. Только Света не удержалась, скатилась в ненависть к себе окончательно, упиваясь ею. Вот кому действительно надо к психологу.
Сама Лилит лишь могла пожелать ей, чтобы Свете однажды повстречался кто-то, кто полюбит её вот такую, увечную, и заставит поверить, что она не мерзкая, не грязная. Что она не виновата в том, от кого родилась и что с ней случилось, что она достойна быть любимой и что имеет право любить того, кому действительно нужна. Ну и чтобы это случилось не слишком поздно.
- О ком ты? – предельно спокойно поинтересовалась она в ответ на это замечание.
Лилит подумала, что сейчас услышит что-то об Олеге – хотя Света никогда открыто не признавалась в своей больной зависти – но ответ её удивил.
- Да этот, псих твой, - хмыкнула Света, кривя губы в ядовитой улыбке. – Видела объявления о розыске с его фото. Красавчик как с обложки, а позарился вот на… это, - она окинула её выразительным взглядом.
- Понятия не имею, - всё также спокойно и равнодушно пожала плечами Лилит. Настя куда-то отошла и потому просто послать Светку было некому, но девушка надеялась, что той станет просто скучно, если она не получит желаемой реакции. Такое не редко работало не только с ней. Сложно получать удовольствие от издевательств над тем, кому плевать на твои слова. – Мне неоткуда знать, что творится в голове у психа.
- Ну чем-то же ты, даже будучи таким ничтожеством, привлекла его внимание, - не унималась Света.
- Ты действительно думаешь, что это было намерено? – вздохнула Лилит. – Потому что если тебе хватает мозгов так не считать, то ты должна прекрасно понимать, что я понятия не имею, что могло заинтересовать безумца.
- Ой, да не придуривайся ты, - закатила глаза Света. – Наверняка же заинтересовалась таким красавцем, пока не узнала, что у него крыша потекла.
Лилит, чувствуя, что ей этот разговор начинает откровенно надоедать, намеренно встретилась взглядом с девушкой, надеясь, что так она захочет отойти побыстрее, и поинтересовалась, пуская в голос снисходительную усталость:
- Свет, ты это всё к чему? Тебе заняться нечем? Так иди лучше параграф повтори, и то толку больше будет.
- Да ни к чему, - снова фыркнула та. – Просто понять не могу, чем ты их всех берёшь? Сначала Олега, теперь вот этого красавчика, пусть и психа…
- Я никого ничем не беру, - не особо надеясь, что Света поймёт очевидное, всё тем же тоном ответила Лилит. – Олег достаёт меня, развлекаясь со скуки, Дмитрий просто псих – ему не надо особых поводов, чтобы творить хрень. Вот и всё. Я никого не пытаюсь привлечь.
- Ну-ну, - скептически хмыкнула Света. – Хотя оно и понятно. Дмитрий этот псих, и ты у нас не от мира сего – прекрасная парочка, - и, сделав такое заявление, всё же отошла, явно начав чувствовать себя неуютно – всё-таки взгляд подействовал.
Лилит лишь покачала головой ей вслед и вернулась к простенькой зарисовке, которую надеялась закончить за перемену.