- Что? – растерялась Лилит, непонимающе посмотрев на подругу. – С чего ты взяла?
Предположение, ещё недавно так разозлившее из уст Аллы Юрьевны, высказанное Настей вызвало лишь искреннее недоумение. Подруга ведь видела Павла Игоревича, разговаривала с ним, и ей должно было хватить проницательности, чтобы понять – он вполне хороший человек. Ну, то есть не человек.
- Ой, не прикидывайся, что не понимаешь, - поморщилась Настя. – Ты и раньше домой шла не особо охотно, а теперь, когда к этому твоему магу переехала, так вообще ощущение, будто силком себя туда тащишь.
«Как она догадалась?» - мелькнула панически-растерянная мысль. – «Мне казалось, я хорошо притворяюсь!».
- Ну, во-первых, он не мой, - стараясь говорить как можно более легко, почти небрежно. Так, чтобы Настя поверила, что всё в порядке. – А во-вторых, почему ты так решила?
- Дорогая, я тебя не первый день знаю, - хмыкнула Настя со снисходительным скепсисом, косясь на неё с насмешкой, перемешенной с тревогой. – Не, прикидываться ты, конечно, мастер, но меня не обманешь. Так что давай, выкладывай, подруга дней моих суровых, голубка дряхлая моя, что тебя гнетёт. Маг твой мне, конечно, гнилым не показался, но кто его знает… Ты учти, если что не так, мы ему быстро кузькину мать покажем!
Лилит невольно фыркнула, позабавленная воинственной решительностью, зажёгшейся в её глазах. Это действительно было почти смешно. Ну что могут простые люди против колдуна? И ещё смешнее было то, что она, Лилит, так рассуждает. Сама ведь ещё недавно считала себя человеком.
- Не надо, Павел Игоревич хороший, - пожалуй, лёгкое веселье, прорвавшееся в голос, очень даже кстати. Так Настя легче поверит. Но взгляд подруги такое предположение опроверг – там всё ещё виднелось недоверие. И Лилит решила сказать ещё немного правды, чтобы её успокоить. – Просто он немного… странный, вот и всё. У меня никак не получается понять его мотивов, мыслей, поступков… Но вреда он мне не причиняет, и я уверена, что не причинит впредь.
- И что именно тебе непонятно в его мотивах и поступках? – поинтересовалась бодро вышагивающая по тротуару Настя, кажется, поверив.
- Ну, примерно всё, - усмешка вышла немного нервной. – Начиная с того, зачем он вообще добровольно вызвался меня защищать, и заканчивая его попытками зачем-то со мной сблизиться.
- Подожди, - тут же вновь насторожилась Настя, пристально прищурившись. – Ты же не имеешь в виду сближение… незаконного характера?
- Нет, что ты, нет конечно! – тут же воскликнула Лилит, вообще не ожидавшая, что из её слов можно вывести такие предположения.
Чего у художника точно не было, так это видов на неё, как на девушку – подобное она бы точно почувствовала! Вот что значит дочь прокурора – подозрительность передаётся по наследству!
- А что тогда? – чуть подуспокоилась Настя, но огонёк настороженности на дне глаз всё ещё виднелся.
- Ну… - Лилит замялась, не зная, какое определение будет наиболее точно. – Я бы назвала это попыткой выстроить что-то вроде дружеских отношений. Хотя это тоже не совсем точно. По крайней мере я интересна ему как личность, и он хочет моего доверия.
- А ты ему не доверяешь? – удивилась Настя. – Он же вроде как защищает тебя, разве нет?
- Да, но… - вновь неуверенно протянула Лилит, не зная, как объяснить так, чтобы не говорить всей правды. Не признаваться же, что у неё аутизм и она вовсе не уверена, что если покажет себя настоящую в полной мере, то художник сможет это принять, да? – Понимаешь, это другое. Я доверяю ему в плане защиты меня от Ордена, всё-таки он профессиональный боевой маг, но я уверена, что могу доверять ему саму себя, а он хочет именно этого. И дело тем хуже, что я не понимаю его самого.
- Кажется, понимаю, - задумчиво кивнула Настя и предложила. – Слушай, а ты не пробовала с ним, ну, поговорить на эту тему? Попытаться выяснить, что ему от тебя надо и зачем?
Эх, как в её мире всё просто, однако.
- А если он обидится? – хмыкнула Лилит.
- Резонно, - вынужденно согласилась подруга и вновь погрузилась в раздумья.
Через пару минут молчания, которые Лилит радовалась возможности думать о своём, она всё-таки уточнила:
- Но хоть в том, что он для тебя безопасен, ты уверена?
- Уверена, - твёрдо кивнула Лилит. В то, что художник может причинить ей физический вред, она действительно не верила.