Согласно некоторым источникам, такой способ был. Когда-то давно существовал ритуал, благодаря которому существо могло увидеть свои прежние перерождения. Но так как ритуал был древним и с течением истории как-то незаметно забытым по причине не востребованности, то найти его было весьма затруднительно. И вот он наконец найден. Давно уже опостылевшее ожидание завершено. Сегодня наконец выяснится, кто же она такая.
- Не надо переносить, - она даже абсолютно искренне улыбнулась. – Сегодня в самый раз.
Наверное, следовало бы сделать вид, что её тревожит такая поспешность, как это и должно было быть, но так сложно сделать это, когда на душе стало столь легко! И… художник ведь видел в её исполнении странности и похуже. От такой мелочи едва ли станет хуже, верно? Да и, может, не такая уж это и странность, если так подумать. Ну да, реакция не типичная, но ведь не слишком?
- В самый раз? – удивлённо вскинул брови Павел Игоревич.
- Да, - кивнула Лилит, и улыбка тут же растаяла. Взгляд, поднятый было на мужчину, сам по себе опустился вниз. Может, всё же стоило постараться притвориться? – Просто… наконец пройти этот ритуал проще, чем ждать сначала пока его найдут, потом пока его проведут. Сегодня наконец всё выяснится и будущее наконец станет определённее.
Без определённости, что её всё-таки ждёт, жить было невыносимо. От этого было физически плохо, без преувеличений. Понимание же будущего, каким бы оно ни было, давало благословенное ощущение хоть какой-то почвы под ногами.
- А, да, конечно, - кивнул художник так, словно снова понял о ней что-то своё.
И Лилит опять не могла понять, что именно. Иногда даже мелькала мысль всё-таки попытаться прочитать его мысли. Останавливало понимание, что это будет неправильно. Сам художник с уважением относится к её чувству личного пространства, и не нарушает его даже в своих попытках сократить дистанцию. Ей следует ответить ему тем же, даже если чтение мыслей, к которому она ненавидела прибегать с другими, могло бы дать наконец долгожданное понимание этого мужчины.
- В таком случае, отправимся, когда переоденешься и поешь, хорошо?
- Хорошо, - кивнула девушка, давя тяжёлый вздох.
Прежде, до жизни с художником, ей вполне хватало еды раз в день, а то и раз в два дня. Ощущение лёгкого голода нравилось ей куда больше, чем чувство сытости, ещё со времён занятий балетом. Возможно именно потому, что оно напоминало о балете, который пришлось оставить два года назад. А может и из-за того, что благодаря нему тело ощущалось лёгким и не таким неудобным, а мысли не так давили. Но объяснить это художнику было бы слишком сложно, а отказываться от еды, которую он неизменно готовил – не вежливо. Обычно это были завтраки и ужины, ведь сам он возвращался под вечер, но сегодня вот обед. И снова придётся есть.
В прочем, стоило признать, что готовил художник вкусно. Очень вкусно. Куда вкуснее, чем это получалось у неё. И его еда почему-то не оседала тяжёлым комом на дне желудка, как любая еда, которую она когда-либо ела, пусть после неё и становилось не так, как было бы без неё. Так что заставить себя поесть было немного легче, чем в той, прежней жизни. Это даже приносило какое-то удовольствие благодаря вкусу.
Пока ехали до Министерства, Лилит никак не могла понять собственного состояния. С одной стороны, она была рада, что наконец-то всё разрешится. С другой же… Что она будет делать, если окажется, что пророчество действительно о ней? Ведь в глубине души она всегда прекрасно знала, что так и будет – просто признаться в этом даже самой себе получилось только сейчас. Это было ни на чём не основанное, не имеющее никаких доказательств, но совершенно ясное и отчётливое знание. Так что же она станет делать, когда отмахиваться от этой правды больше не получится?
Легко было отшутиться на этот вопрос, когда его задавала Настя. Очень легко. Ведь Настя и спрашивала не совсем всерьёз, явно не до конца веря в предсказание даже теперь, когда знала, что магия существует. Но если задать этот вопрос самой себе… Чем дольше она думала об этом, тем лучше понимала, что не знает, чем обернётся для неё раскрытие тайны.
«Всё же просто,» - пыталась убедить себя она. – «Сначала дождусь, пока этих психов переловят, потом, когда настанет момент, запечатаю тьму на ближайшие века и стану жить дальше, как и собиралась. Отучусь на художественном, постараюсь стать известной художницей… Всё просто».