«Да что ты?» - тут же язвительно возражал какой-то чужой, скептический, но всё же, кажется, её собственный голос. – «А как же небеса? Неужто ты думаешь, что тебя просто оставят в покое? С твоей силой и с твоим прошлым? А магическое сообщество? Думаешь, позволят тебе просто жить спокойную жизнь? Ты ведь невероятно сильна, а значит, выгодна».
Лилит удивительно чётко узнавала этот жёсткий ядовитый голос. Он действительно был её собственным. Голосом, который принадлежал ей в прошлом воплощении, которое теперь, в такой близости от ритуала, который воскресит её память, начало пробуждаться. И логика подсказывала ей, что этот голос прав.
«А с чего ты решила, что мы их спросим?» - отвечала Лилит этому голосу, словно разделившись на две ипостаси, ещё не слившихся в одну. – «Против небес мы с тобой уже однажды бунтовали, если потребуется – напомним им об этом. А остальные нам и подавно не указ».
Так они препирались до самой остановки машины перед большим красивым зданием в стиле барокко, которое, как объяснял художник, люди попросту не видят, как и многих других заведений, созданных магическими существами для магических существ.
- Нервничаешь? – как бы невзначай поинтересовался художник, ища место для парковки, и Лилит вдруг поняла, что он сам волнуется куда больше.
Но почему?
- Нет, - совершенно честно ответила гарпия, действительно уже не испытывая и тени тревоги, посмотрела мужчине в глаза – это до сих пор было сложно, но художнику не нравилось, когда она прятала взгляд – и признаться вдруг оказалось очень легко. – Я знаю исход ритуала. Я действительно Пламенная Лилит. Нам осталось лишь подтвердить это. А когда знаешь, что услышишь, то о чём волноваться?
- Но откуда? – поражённый такой прямотой и уверенностью спросил художник, выходя из уже полностью остановленной машины и открывая перед ней дверь раньше, чем она успела сделать это сама.
К манерам художника, родившегося аж три века назад, девушка уже почти привыкла.
- Просто знаю, - пожала плечами Лилит и тряхнула волосами, выбираясь наружу. – У меня нет объяснения этому знанию.
Художник лишь задумчиво кивнул в ответ на это и молча повёл её к зданию Министерства.
Ритуальный зал оказался расположен в подвалах и выглядел несколько зловеще, словно сошёл со страниц какого-нибудь мрачного фэнтези, которым Лилит с детства зачитывалась. Каменные стены, полное отсутствие окон, тусклые магические светильники и уже нарисованная на полу пентаграмма, испещрённая незнакомыми Лилит символами и уставленная ещё не зажжёнными свечами по краю. Вопреки всякой логике девушка вдруг ощутила себя здесь очень спокойно и уютно, словно такая обстановка была для неё родной.
В зале их ждали трое. Две женщины и один высокомерного вида мужчина.
- Знакомься, Ли, это Глава ведьм, Глава гарпий и Глава магов, - по порядку представил ей художник пристально смотрящих на неё существ.
- Здравствуйте, - вежливо кивнула им Лилит.
- Здравствуй, - в голосе ведьмы звучало неприкрытое, но, кажется, дружелюбное любопытство.
Гарпия ограничилась кивком. От неё Лилит не ощущала почти ничего и подозревала эмпатические экраны, о которых как-то рассказывал художник. Зато от мага так и разило насмешливой надменностью.
- И вот в этом вы подозреваете Пламенную Лилит? – его высокий скептический голос отразился от каменных стен зала негромким эхом, пока цепкий высокомерный взгляд скользил по ней самой. – Да она же совсем девчонка. В ней даже тени той Лилит нет.
- А должна была сразу взрослой родиться? Или вы так хорошо знали ту Лилит? – язвительно поинтересовалась Лилит прежде, чем успела себя остановить, и постаралась скрыть хотя бы удивление.
Она и сама не понимала, с чего бы её так задели слова и поведения этого совершенно чужого мага. И с чего бы вдруг взялась дерзить? Ведь никогда этого не делала. Ну… почти никогда. По крайней мере, очень давно. Когда-то это, правда, было привычкой, да. Но почему эта привычка вдруг решила напомнить о себе? И почему её так раздражает этот смазливый блондин?
- Полагаю, что да, - не менее язвительно ответил маг. – Я её убил, милочка.
В последних его словах звучала такая неприкрытая гордость, что Лилит стало мерзко. Герой, чтоб его… Ну да, конечно герой. В глазах общества так точно. Герой, победивший обезумевшую мать демонов и спасший мир. А ещё вдруг стало очень хорошо ясно, почему он так себя сейчас ведёт. Потому что она его тоже бесит. Его бесит сама мысль, что опасность, от которой он когда-то избавил мир, могла столь неожиданно вернуться, но на этот раз просто убив от неё отмахнуться выйдет.