Госпожа Судьба, наверное, решила, что Лилит живёт слишком уж однообразно, и, как всегда, не учтя тот скромный факт, что девушку это почти устраивает, решила щедрой рукой отсыпать перемен.
В класс она, как и всегда, вошла первой. Автобус, на котором она ездила, всегда приезжал на сорок минут раньше начала занятий. Учителя, зная это, настаивали на том, чтобы Лилит не тратила это время попусту, смотрела, какое у неё занятие по расписанию, шла в нужный класс и садилась за работу. Если класс в тот момент был занят другими учениками, она должна была взять работу, найти пустую аудиторию и заниматься там. Сегодня первым было занятие по рисунку и насколько помнила Лилит, аудитория должна быть свободна. Значит, не придётся заморачиваться с поисками.
Открывая нужную дверь, она уже предвкушала, как сейчас сядет за мольберт, наденет наушники и наконец хоть ненадолго забудется, однако её ждал «сюрприз». В классе за учительским столом сидел вовсе не хорошо знакомый Виктор Петрович, а тот самый мужчина, что уступил ей место в автобусе. На миг девушка опешила, не зная, что с этим делать. Подумала было уйти, но эта секунда промедления стоила ей того, что её заметили.
- Здравствуйте, - выдавила она из себя под добродушно-любопытным взглядом зелёных лучистых глаз, от которого отчего-то, как и тогда, в автобусе, захотелось сбежать. Однако нормальные люди не сбегают при встрече с незнакомцами, если те не несут видимой угрозы, и приходилось остаться на месте. - А... простите, а где Виктор Петрович?
Незнакомцы, неожиданно появлявшиеся в её жизни, всегда нервировали. Не так, как вчера Дмитрий, без омерзения или чего-то вроде этого. Нет, как правило общение с ними сдавливало грудь неловкостью, а ещё всегда требовалось неопределённое время, чтобы привыкнуть к тому, как очередной человек ощущается. Иногда до нескольких недель, а то и месяцев. И с ними никогда сразу не было понятно, как себя вести, подо что подстраиваться.
Но на этого человека реакция почему-то была одной из самых острых, какие она только помнила. Возможно, что даже самая острая. И сдерживать трусливый порыв метнуться прочь с каждым мгновением становилось всё труднее. Ещё труднее было при этом удерживать спокойный невозмутимый вид, потому что сердце уже колотилось где-то в глотке. Но годами вырабатываемые актёрские навыки пока спасали.
- Виктору Петровичу пришлось срочно выйти на пенсию, - улыбнулся тем временем этот странный мужчина, наверняка даже не подозревавший - и очень хорошо, что не подозревавший - о том, какие чувства вызывает. - Так что теперь я за него. До занятий ещё больше получаса. Тебе что-то было нужно от прежнего учителя, что ты пришла так рано? Может, я смогу помочь?
- Н-нет, - резко мотнула головой Лилит, почему-то сильно смутившись и потратив колоссальное усилие воли на то, чтобы это скрыть. Дышать становилось всё труднее. Накрывало приближающейся панической атакой и нужно было срочно подавить её, чтобы не опозориться, скатившись в неё окончательно. - Просто я приезжаю раньше необходимого в силу расписания автобусов, и учителя требуют, чтобы я садилась за работу раньше, если нужный класс свободен. Не терять же время даром. Но... если вы против, то я пойду поищу другой класс.
Искать другой класс вовсе не хотелось. Аудитория Виктора Петровича всегда ощущалась уютнее всего. И даже этот странный незнакомец, их новый учитель, не мог до конца прогнать этого чувства. Напротив, несмотря на всю неловкость, которую он вызывал одним лишь своим существованием в пределах одного с ней пространства, тот невидимый свет, который он по-прежнему излучал, делал этот кабинет ещё более тёплым и спокойным. Наверное, если она сядет здесь за мольберт и, надев наушники, минут через пять работы как всегда забудет, что в классе есть кто-то ещё, то ей станет совсем хорошо - так тихо и спокойно, как не было ещё никогда. Интересно, что всё-таки делает этого человека... таким?
- Почему я должен быть против? - чуть склонил голову в сторону мужчина. - Тратить время просто так действительно не стоит. Проходи. Помню, мне о тебе говорили. Ты ведь та самая Сова, верно?
И снова эта улыбка.
- Да, это я, - чуть дёрнула плечём девушка.
Прозвище «Сова» действительно перешло из обычной школы и в художественную тоже, потому что в группу на класс младше ходила одна из её одноклассниц. Причём здесь оно прицепилось к ней настолько прочно, что так её называли едва ли не чаще, чем по имени. Даже учителя. Так что не было ничего удивительного в том, что новый преподаватель слышал о ней именно как о Сове.