***
Разговор ожидался долгим, поэтому Санджи приготовил для всех по чашечке чая. О нет, приготовил только для его «любимых леди». В любом случае, чай я, конечно, свой получила, но пить как-то совершенно не хотелось. Так что, держа чашку в руках, я просто медленно помешивала ложкой напиток.
Меня больше поразило то, как Санджи донес их всем нам. Даже Ширахоши получила свой чай в огромной чашке, с огромной ложкой и большим кубиком сахара. Откуда только Санджи все это взял? Похоже, наш кок готов распивать чай хоть с великанами, хоть с чертями. Вот что значит «мастер своего дела».
Луффи, естественно, чай не получил, но этот парень сразу клюнул, у кого можно забрать порции. Сначала он забрал у Нами, так как ей тоже было не до чаепития, а потом подкрался ко мне и со спины зашептал:
— Дай глоток сделаю, — я естественно сделала вид, что не услышала его. Ну, он что, маленький что ли? — Ну, дай! Тебе что жалко? Ведь не хочешь.
Эх, тут он прав. Я отдала ему свою чашку, и счастливый Луффи продолжил наслаждаться напитком. Сейчас меня больше волновало то, что скажет Джимбей. Сама история того, что Арлонг бушевал на родине Нами по его вине, очень скверно звучит. Как к этому отнесется сама Нами? Да и Санджи тут же предупредил рыбо-человека, чтобы он выбирал правильные слова, в ином случае его не ждет прощение.
Нами провела долгих восемь лет под гнетом монстра, что убил ее приемную мать. С детства ей пришлось пройти через ад, чтобы собрать нужную сумму денег и освободить свою деревню. Так мы с ней и познакомились. Но сможет ли она сохранить свою человечность перед рыбо-людьми или ненависть навсегда поселилась в ее сердце?
— Джимбей, мы тебя, конечно, выслушаем, — строго произнес Санджи. — Но повторюсь, подбирай осторожнее слова. Нами-сан была одной из тех, чей родной остров был под гнетом Арлонга больше восьми лет.
— Это правда… — услышали мы слова Хаччи. Было видно, что говорить ему удается очень тяжело. — Джимбей-сан… то, что мы делали… это невозможно простить.