***
Нами окончательно сошла с ума. Санджи решил эксплуатировать ее тело по полной и лапал все, до чего только руки доходили. Нет, Нами конечно же тут же попыталась убить Санджи, но ведь парень сейчас находился в ее теле, а это значит, что в итоге достанется самой Нами. Сложив «два и два», наш навигатор все равно решила взять верх над полученной ситуацией и стала писать «правила» использования ее тела.
Одно подглядывание — 100 тысяч белли.
Одно касание — 200 тысяч белли.
Одно фото — 300 тысяч белли.
От таких цен Санджи сразу передумал что-либо делать. Как ни крути, а страх окончательно разориться и быть по уши в долгах был сильнее. Парень не хотел себе такой участи. Нами умна не по годам! Будь я на ее месте, то просто бы использовала снотворное, чтобы он даже и думать не смел о чем-то подобном.
Чоппер неотрывно работал над анализами крови детей. Он хотел выяснить, почему их здесь держали и говорили каждому, что они больны? Может быть это правда, и мы только ухудшаем ситуацию? В любом случае нашему доктору никто не мешал.
Луффи тут же пошел развлекаться с детьми. Мда… они сразу нашли общий язык и издевались над Фрэнки, который из-за нестабильного тела Чоппера то и дело менял одну форму за другой. Сейчас он принял образ огромного мягкого шара. Чоппер использует эту форму как универсальную защиту, против ударов. Но дети об этом не знали и играли Фрэнки как с плюшевым мячиком.
Я тем временем сидела рядом с Робин и Усоппом, полностью игнорируя Луффи. Робин, наблюдая за нашим поведением, лишь мило улыбалась. Ее все это забавляло. Усопп же чувствовал себя довольно неловко. Если придется выбирать чью-то сторону, он не знал, как поступить. Вроде бы Луффи его капитан, а я его накама. Что делать?
— Не надо выбирать никакую из сторон! — злобно шептала я. — Это наше дело. Вас это не касается!
Но Усоппа это не успокаивало. Он уговаривал меня, «как старшую», помириться с братом. Еще чего! И не подумаю! Я зла на него. Драться не смогу, так как если мы начнем серьезно драться, то от этого острова останутся одни воспоминания. А от небольшого бунта еще никто не умирал. Вот пусть и понервничает. Хотя не похоже, чтобы это его вообще хоть как-то беспокоило. Вон, улыбается, смеется, развлекается с детьми. Ему вообще все равно! Злит!