В тот вечер Острон уныло тренировался во дворе в полном одиночестве, -- немного глупо, конечно, когда пытаешься научиться чувствовать противника, которого нет, -- когда дверь распахнулась, и во двор кто-то выбежал. Он еще стоял с закрытыми глазами, спиной к двери, но по звуку шагов (а особенно по сердитому дыханию) сразу определил, что это может быть либо Сафир, либо Лейла; на всякий случай торопливо вспомнил, не натворил ли он чего такого, за что могла бы рассердиться Сафир. Вроде бы нет, с Ниаматуллой Острон в последнюю неделю встречался исключительно на площади, где будущий аскар тренировался держать ятаган вместе с другими новобранцами, к кабакам он и вовсе не приближался и ничего, конечно, не поджигал, если не считать дров в очаге и горна Абу Кабила (это была, между прочим, огромная честь: Острон был допущен в мастерскую кузнеца, хоть Абу и выгонял его сразу же после того, как разгоралось пламя).
-- А ну иди сюда! -- неожиданно раздался голос Лейлы. Острон открыл глаза и не успел обернуться, как ее пальцы схватили его за локоть и потащили.
-- Ч-ч...
-- Я бы предпочла Сунгая, -- сердито говорила девушка, буквально волоча его через двор, -- ну на худой конец, Абу Кабила, но все заняты, порази их гром! Так что придется довольствоваться тобой.
-- В смысле?
-- Убери уже свою железку, идиот!
Острон озадаченно спрятал ятаган в ножны и пошел за Лейлой; убедившись, что он идет, она немного ослабила хватку на его локте. Они вошли в дом, где Лейла остановилась, положила руки на бедра и странно-оценивающим взглядом уставилась на Острона снизу вверх.
-- Что тебе нужно, Лейла?
-- Мне нужно, чтобы этот ублюдок отвязался от меня!
-- Какой?
-- Тот самый! Ты же наверняка видел его тысячу раз, а? Со сломанным носом!
-- Тот разбойник?
-- Ага, -- Лейла отвернулась с выражением искреннего негодования на миловидном лице. -- Это Матар. Когда-то мы состояли в одной банде, чтоб ты знал. Но меня... нас с Хансой перестала устраивать такая жизнь, и мы ушли.
-- Почему же вы потом разделились?
-- Потому что Ханса хотел собрать собственную шайку, -- рассерженно пояснила девушка, -- а меня больше интересовали... другие вещи. Грабить людей неинтересно!
-- ...И нехорошо, -- негромко добавил Острон; Лейла в ответ только фыркнула.
-- Пф-ф. Короче, потому мы и разделились. Это неважно сейчас! Слушай, этот Матар приехал в Ангур, видимо, вместе с Хансой, и с тех пор, как увидел меня, не дает мне прохода. Он и раньше... Ладно. В общем, я ушла из банды не в последнюю очередь из-за него. И теперь он опять меня преследует.
-- Ну... а я тут причем? -- спросил Острон. Лейла яростно сверкнула глазами.
-- Ты поможешь мне от него избавиться.
-- Я что, должен подраться с ним?
-- Нет, идиот!
-- Кстати, а почему он тебя преследует, Лейла?..
Девушка громко хлопнула себя по лбу.
-- Так и знала, ты ничего не понял, -- простонала она. -- Хорошо. Для тех, кого Мубаррад особо одарил интеллектом, поясняю: Матар -- хочет -- чтобы я -- была его женщиной.
-- ...Я думал, он хочет собрать шайку, -- недоуменно сказал Острон. -- И зовет тебя в нее...
-- Ну конечно. Он хочет собрать шайку, в которой он был бы атаманом, а я была бы его женщиной, -- рассерженно произнесла Лейла. -- А я не хочу ни вступать в клятую разбойничью банду, ни быть его женой!
-- Так что я-то могу с этим сделать? Почему ты просто не скажешь ему, что...
-- Остро-он, -- протянула девушка. -- Ты думаешь, я ему не говорила, что не хочу? Да я тысячу раз ему сказала "нет"! Поэтому сейчас ты пойдешь и прогуляешься со мной под ручку.
-- А?..
-- Пошли-пошли. Ради шести богов, только не делай такое тупое лицо.
Острон, еще не понимая, чего именно она от него хочет, послушно пошел за ней; Лейла схватилась за его локоть, и на ее лице было написано недовольство. Тем удивительнее было наблюдать за тем, как резко сменилось ее выражение, когда они вышли на улицу: такой Острон ее еще никогда не видел, особенно с такой милой улыбкой.