-- Ну что, встречаемся на закате у западных ворот? Когда спадет жара.
-- Ага.
-- Лейле лучше не говори, -- предупредил его Острон. -- Если она увяжется за нами, так тому и быть, но если нет -- ну, тем лучше для нее.
-- Вообще-то с нами будет безопаснее, -- заметил Басир. -- Я сообщу господину Анвару.
-- А я пойду отыщу этого Элизбара, -- сказал Острон. Сунгай громко фыркнул:
-- Он не пойдет с нами, чего стараться.
-- Ну, по крайней мере он будет знать, куда приходить, если передумает, -- улыбнулся нари, поднимаясь на ноги. Жара понемногу спадала; приняв решение, они сразу оказались заняты по горло. Ханса отправился в стойла узнавать насчет верблюдов, Басир ушел искать ученого китаба, взял с собой Уллу.
Острон заглянул в трактир "Маруна", но ассахана-пройдохи там не было, хотя одна из служанок, кокетливо поправляя подол платья, сказала ему, что тот может быть в порту.
-- Чего ему там делать? Корабли сейчас никого не перевозят без приказа господина Ар-Расула, -- пробормотал Острон, но послушно отправился на пристань. Там было непривычно тихо: многие корабли все еще продолжали патрулировать реку, временами обстреливая группы одержимых, замеченных ими на южном берегу, а остальные стояли пришвартованные и со спущенными парусами. В эти суровые времена людям было не до торговли и путешествий: какие-то моряки разгружали одномачтовый зарук небольшого размера, и только.
Поискав глазами, Острон обнаружил стоящих у фонтана Нахаванди людей. Один из них носил ярко-красную тюбетейку, которая издалека и выдавала в нем Элизбара. Второй также неожиданно оказался знакомым.
Он подошел к ним и уловил обрывок разговора:
-- Нет, и даже не спрашивай. Что я точно знаю, -- так это то, что у тебя нет суммы, за которую я бы согласился вывезти тебя отсюда. И вообще, ходят слухи, что ты Одаренный, так разве ты не должен оставаться в городе?
Элизбар ответить не успел; Острон встал рядом с ним и с улыбкой сообщил:
-- Вообще-то, нахуда Дагман, мы уходим сегодня вечером.
-- Я с вами никуда не пойду, -- торопливо сказал Элизбар, оглянувшись на него. Острон лишь пожал плечами.
-- А я с тобой и не разговариваю, -- с независимым видом возразил он. -- Нахуда Дагман -- мой друг.
Густые брови капитана недоверчиво поднялись, но Дагман ничего не сказал на это; сунув большие пальцы рук за свой широкий кушак, он только спросил:
-- И куда же вы держите путь, Острон?
-- На запад, -- отозвался тот. -- Вдоль берега Харрод стоят ахады маарри, а ведь нам еще нужно отыскать Одаренного Гайят. А там и побережье моря, и таманы ассаханов. Быть может, там мы найдем еще одного Одаренного, если боги будут благосклонны.
-- И велик будет ваш отряд?
-- Нет, и я прошу вас никому не рассказывать, -- заговорщически подмигнул Острон. -- Сунгай говорит, мы должны двигаться как можно быстрее, поэтому нельзя брать с собой много людей. Потому мы и собираемся сегодня на закате у западных ворот, и никого не предупреждаем, чтобы никто с нами не увязался. Правда, боюсь, некоторых это не остановит. Господин Анвар желает идти с нами, и Ниаматулла, а уж чтобы отговорить Лейлу, никакого красноречия не хватит.
Дагман ухмыльнулся.
-- Этот ученый, значит, с вами? А старина Абу?
-- Абу Кабил? -- Острон немного удивился. -- Нет, мы не говорили ему. Во всяком случае, я думаю, такой отличный кузнец больше нужен в городе.
Нахуда лишь пожал плечами. Острон коротко кивнул ему.
-- Ну что ж, я пойду. Должно быть, у вас море дел, нахуда Дагман.
-- Кое-какие есть, -- задумчиво отозвался тот. Острон отвернулся и пошел прочь; уже с расстояния он услышал их реплики.
-- Если хочешь, чтоб тебя взяли на корабль, поговори с нахудой Халибом, -- невозмутимым голосом произнес Дагман. -- Его судно поставляет железную руду с востока.
-- Я передумал, -- ответил Элизбар.
***
Не столь давно завершенная стена вокруг Ангура была в чем-то произведением искусства. Городской архитектор Али-Васиф, юность проведший в горных селениях китабов, был знаток своего дела; хотя многие годы он строил дома, он еще не забыл, как возводятся надежные укрепления. Городская стена была в пять касаб высотой, по ней можно было спокойно пройти двум людям, взявшись за руки, а ворота были выкованы из железа. Поскольку построена она была совсем недавно, город еще вполне умещался в ее пределах, и снаружи простирались лишь холмы, поросшие травой.
Западные ворота располагались перед небольшой площадью, которая еще полгода назад была всего лишь городской окраиной; домишки, стоявшие вокруг, были маленькими, и народу здесь обычно бывало немного. На воротах стояли стражники, но все они, разумеется, знали в лицо по меньшей мере Сунгая, а многие и Острона с Хансой.