В первые два дня путешествия ничто не намекало на то, что путь будет опасным. Острон мысленно молился Мубарраду, чтобы он таким и остался до самого Тейшарка -- как сказал Адель еще в первое утро, это город, в который они направляются. Одна из двух древних крепостей на юге, величия которой, со слов самого Аделя, тем, кто ее не видел, было и не представить.
-- Я хорошо знаю эти места, -- говорил Адель, вглядываясь в темноту на самой границе очерченного светом пламени круга. -- Если сделать петлю к западу, можно попасть в оазис Кафура, ты, должно быть, слышал о нем, господин Мансур?
-- Вне всякого сомнения, -- пробормотал дядя, сидевший со скрещенными ногами неподалеку. -- Наше племя в иные годы стояло там лагерем, но давно. Я знаю окрестности до самой Вади-Самра, Адель. На ее берегах охотился на львов в сезон дождей. Но вот что за ней?
-- Земли почти необжитые, -- отозвался парень. -- Я знавал пару человек из других кланов, которые там бывали, но в последнее время и те, насколько я слышал, предпочитают кочевать только до западного берега.
-- А о причинах ты не слыхал?
Адель пожал плечами.
-- Говорили, будто там начали пересыхать источники воды в оазисах.
Дядя хмыкнул и нахмурился. Подобные разговоры они вели третий вечер, и Острон обычно не вмешивался в них, -- ему просто было нечего сказать. Обо всем, что он узнал о местности, кочуя с племенем, мог рассказать дядя, кочевавший куда дольше него: раза так в два. Насчет пути до стены Эль Хайрана -- и подавно, у Острона было лишь мутное представление о том, что если несколько дней, возможно, недель идти на юг, то рано или поздно упрешься в нее носом.
Дядя Мансур и Адель замолчали; дядя завернулся в бурку и выудил трубку, принялся набивать ее. Блики пламени освещали лицо Аделя, мерцали в его прозрачно-синих глазах. Среди нари много синеглазых; возможно, потому, что они часто смотрят на небо.
-- А как выглядит Тейшарк? -- спросила Сафир. Адель перевел взгляд на нее. Легкий укол зависти уязвил Острона, но тот уже начал привыкать. Да, этот чужак бывал на стене Эль Хайрана, а он, Острон, никогда от своего племени не уходил, что теперь поделаешь.
Может быть, он, Острон, и вовсе не годится для героических подвигов: в конце концов, еще дядя ему говорил, что он чересчур для этого осторожен.
-- Это прекрасный город, -- задумчиво произнес Адель. -- Я бы сказал, для меня... это было что-то вроде мечты. О том, что было бы, если бы все шесть племен объединились: ведь Тейшарк был построен в результате такого союза. В то время, когда я был там, даже близость владений темного бога не омрачала белых стен Тейшарка. ...Ты видела когда-нибудь оседлые поселения, Сафир?
-- Однажды мы подошли близко к морю и видели деревню ассаханов, -- сказала девушка. -- Мне говорили, эти деревни называются таманы.
-- Таман, да, -- Адель улыбнулся. -- Они тоже строят белые домики из известняка. Многие здания в Тейшарке были выстроены их руками. Там есть целый район, полностью застроенный ассаханами, очень красивый, особенно если смотреть сверху, из башен.
-- Там есть башни?
-- Конечно, есть. Тейшарк окружен стеной, которая с юга примыкает к самому Эль Хайрану. Смотровые башни расположены на равном расстоянии по всей длине стены, так что часовые могут видеть все, что творится вокруг города. И внутри тоже. Башни строили китабы, -- заметил Адель. -- Они горные жители, непревзойденные мастера работы с камнем, и когда смотришь на творения их рук, кажется, будто камень сам пожелал принять свою форму, а не человеческие руки заставили его.
-- Китабов я никогда не встречала, -- заметила Сафир.
-- Встретишь в Тейшарке. Их и там не очень много, но в Тейшарке можно встретить представителей всех племен.
-- Ты говоришь об этом городе с таким восторгом, -- пробормотал Острон. -- Как же вышло, что ты покинул Эль Хайран, Адель?
Лицо Аделя чуть помрачнело. Он поднял голову, глядя на небо, и сказал:
-- В Тейшарке я пробыл не очень долго. Нас направили на восток, к Внутреннему морю, где требовались подкрепления. Я и мои товарищи, мы несли стражу на одном из далеких постов; эти места всегда считались не слишком опасными, ведь одержимые в основном появляются западнее, и поэтому командир разрешил нам, юнцам, служить именно там, хотя бойцов там мало, и мы были вчетвером под начальством более опытного человека. Когда одержимые напали на наш пост, мы немедленно разожгли сигнальный костер, а помощь пришла не сразу. Нас было пятеро против целого отряда, двоих моих товарищей зарубили сразу же. Меня ранили в ногу, и если бы не капитан, сражавшийся с одержимыми практически в одиночку, я бы не выжил. К счастью, подмога все-таки явилась, и одержимых прогнали назад, в Хафиру...