Потом силуэт Сафир смазался. Острон, не помня себя от отчаяния, яростно хлестнул собственного хеджина плеткой и устремился за девушкой, вместе с ним перешел на галоп и верблюд Басира; Сунгай выругался так грязно, как никогда раньше не позволял себе, и попытался в последний момент остановить Острона, да только не смог.
-- Чтоб тебя, безумный! -- заорал он, когда его верблюд следом за остальными побежал на север.
-- Безумие заразно? -- с невозмутимым видом поинтересовался Исан, когда обнаружил, что Искандер и Лейла, не сговариваясь, устремились туда же. Элизбар помешкал, оглянулся, но Лейла в отчаянии гортанными криками понукала несшегося дромедара, и ему ничего не оставалось, кроме как помчаться за ней.
По эту сторону валуна осталось лишь четыре всадника. Верблюд Абу будто бы в недоумении повернул голову и взревел. Мутные силуэты таяли в золотистой дымке.
-- Идиоты, -- заметил Исан, и его верблюд опустился на колени, позволяя белоглазому спокойно спешиться. -- Объясните мне, почему вы никогда не думаете, прежде чем нестись очертя голову вперед?
-- Кхм, -- отозвался Абу. -- Если ты не заметил, мы никуда не понеслись.
-- Я, если честно, не знаю, как заставить эту скотину перейти на галоп, -- признался Анвар. Исан тем временем подошел к валуну, осматривая его; помахал рукой, потом будто подумал о чем-то и оглянулся. Белые глаза пронзительно смотрели на них.
-- Странно, -- сказал он. -- Я думал, вы будете рвать на себе волосы и орать, бегая туда и обратно. Кто знает, выживут они или нет?
-- Рассуждая логически, -- еле заметно улыбнулся Абу Кабил, -- так сразу ничего с ними случиться не должно. Ты ведь уже догадываешься о природе этого места, Исан? Само по себе оно не может никому причинить вреда. Люди пропадали в этих песках, скорее всего, лишь потому, что сбивались с дороги и ходили кругами.
Исан мрачно кивнул.
-- Я думаю, я могу... разобраться с этим, -- сказал он. -- Надеюсь, эти дураки по крайней мере догадаются собраться в одном месте и смирненько дожидаться, пока я доберусь до них.
-- Сильно сомневаюсь, -- возразил ему Дагман. -- Скорее всего, они разбегутся во все стороны, пытаясь найти выход, и в итоге потеряют друг друга.
Исан вздохнул, потом вдруг вскинул голову.
-- Проклятье, -- пробормотал белоглазый. Оглянулся на остальных. -- Оставайтесь здесь. У вас-то хватит ума никуда не уходить?
-- Конечно, -- заверил его Абу Кабил. -- В чем дело?
-- Слуги Асвада, -- почти сплюнул Исан. -- Я чувствую, как они перемещаются на юг.
***
-- Острон, -- кричал Басир, едва не свалившийся со своего верблюда: с одной рукой удержаться на скачущем животном было непросто. -- Острон, подожди!
Что-то стремительно пролетело мимо него, заставив дромедара взреветь от страха, и Острон наконец остановился. Паника, застилавшая глаза, начала развеиваться; он силой воли подавил ее и оглянулся, пытаясь понять, куда завело его безрассудство.
-- Дело дрянь, -- выдохнул китаб, наконец догнавший его. -- Посмотри, никого не видно! Они все исчезли!
-- Что-то... -- начал было Острон, подобрался. -- Ты чувствуешь? Что-то здесь есть.
Легкое движение в уголке глаза. Он стремительно обернулся в ту сторону, но ничего не увидел. Бесконечное плоскогорье простиралось вокруг, хотя они не могли проехать так много, чтобы не было видно песков, и ни намека на людей или верблюдов.
Хеджин нервничал, и Острон спешился. Его примеру последовал Басир, и его единственная ладонь легла на ятаган: китаб был готов обороняться, хотя что за угроза ожидала их здесь, никто из них не знал.
Потом Острон увидел это существо снова; оно шло, хромая, будто вот-вот рухнет, и ярко блестело на солнце.
-- Хубал милостивый, -- еле слышно прошептал Басир. -- Что это за тварь?
Со свистом из ножен вылетели клинки Острона. Молодой нари застыл и не шевелился; за их спинами ревели перепуганные животные, но убежать не пытались, видимо, даже им не хотелось покидать других живых, привычных существ.
-- Что бы это ни было, -- пробормотал Острон. -- Сейчас мы увидим, враждебное или нет.
Создание продолжало мерно ковылять по хамаде, изредка мерцая и смазываясь; оно было похоже то ли на диковинное животное, то ли на гротескно сложенного человека. Но до двух людей оно недоковыляло: что-то громко просвистело, Острон успел увидеть, как небольшой черный предмет упал точно на странное существо, а потом они оглохли.
По инерции оба упали ничком на землю, закрывая головы руками; в наступившей тишине было не понять, то ли уши больше ничего не слышат, то ли и в самом деле все смолкло. Острон наконец решился посмотреть.