-- Ну отпущу, и дальше что? -- усмехнулся Абу. Бел-Хаддат демонстративно опустил меч. -- ...Ладно, уговорил.
Встав на полную ступню, Ворон немедленно по-животному встряхнулся и убрал кваддару в ножны. Бросил неприязненный взгляд на Острона, но Абу все еще стоял между ними.
-- Если из-за твоего идиотского решения вы все умрете, нари, то знай: я предупреждал, -- хрипло произнес он.
-- П-подождите, -- вскинулся Леарза. Острон и Бел-Хаддат дружно уставились на него: оба по-прежнему были в полной боевой готовности. Леарзе под их взглядами явно стало не по себе, но он все-таки продолжил: -- Я пойду с вами, Острон. Как... как китаб. Может, Дара у меня и нет, и... неважно, но если Одаренный моего племени совершил такое преступление, то я искуплю его.
-- Это глупо, -- немедленно отреагировал Острон. -- Ты не должен ничего искупать.
-- Но вина Эль Кинди -- несмываемое пятно позора на чести Китаб, -- возразил тот. -- И я все-таки принадлежу к этому племени. И... ну, может, дедушка ошибся.
Глядя в его честное лицо, Острон понемногу сдулся. И действительно, чего это он так горячится?.. Наверняка Леарзе его гневные слова о предательстве Эль Кинди были неприятны. Все-таки Эль Кинди долгое время считался героем китабов. И возражения Абу и Дагмана тоже вполне справедливы, и даже замечание Бел-Хаддата. Кто он такой, чтобы так все решать?
-- Ворон прав, -- сказал он. -- Я не могу принимать решения за всех.
-- Давайте подумаем до завтра, -- предложил Дагман. -- Острон успокоится, Ворон тоже.
-- Хорошо, -- кивнул Острон.
***
Он сидел на ступеньках террасы с самокруткой и угрюмо смотрел перед собой. Интересно, хоть когда-нибудь он расслабляется? Леарза еще ни разу не видел Ворона без его кваддары, прямой и широкой. И эта вечная готовность: даже ему, неопытному бойцу, было совершенно очевидно, что из своего положения Бел-Хаддат может мгновенно ринуться в атаку или отразить нападение с любой стороны.
Постояв немного позади, -- Ворон, как обычно, ничем не выдал того, что замечает его, -- Леарза опустился на теплые доски рядом с ним. Когда первая неприязнь к этому человеку прошла, Леарза обнаружил, что ему до странного нравится с ним разговаривать. Больше, чем с другими, даже с Остроном или Хансой. Он еще не понимал причины, но, должно быть, рано или поздно он докопается до нее, с его привычкой раскладывать все по полочкам.
-- Ответственность сильно давит на Острона, -- негромко сказал Леарза, -- делает его вспыльчивым. Я сам видел, когда он забывает о том, что он Одаренный, он ведет себя как мальчишка.
-- Ответственность, -- резко ответил ему Бел-Хаддат, -- к сожалению, не делает его умнее.
Леарза опустил голову.
-- Я, если честно, тоже считаю, что без Одаренного Хубала в путь отправляться нельзя, -- признался он. -- По крайней мере, нужно найти его, а там уже решать, идем мы без него или нет. Но если Острон так хочет... мое мнение вряд ли будет иметь значение.
-- Думаешь, ты мог бы оказаться Одаренным? -- спросил Ворон, поднял взгляд в небо. Если бы не хадир, Леарза бы твердо решил, что он китаб: на нари Бел-Хаддат был не похож.
-- Ну... нет, -- вздохнул парень. -- Дедушка ведь сказал, что Дар мне не откроется. Так что или дедушка ошибся, или я не могу им быть. Хотя, конечно, когда я был ребенком, дедушка часто твердил, что наша семья происходит от самого Эль Кинди. Ну да кому из нас в детстве не говорили подобное.
Бел-Хаддат хрипло фыркнул.
-- С их-то традициями каждая вторая семья должна вести свой род от Эль Кинди или Эль Масуди. Только сколь бы я ни искал, я не нашел ничего похожего на Дар. За все эти годы. Единственным, кто утверждал, будто видит вещие сны, был твой дед.
-- Ты знал его и раньше?
Ворон задумчиво потер бритый подбородок.
-- Да, несколько лет назад, как только услышал о нем, я приехал в ваш сабаин. Тебя я, кажется, вовсе не видел, тем вечером твой дед согласился поговорить со мной и пришел в трактир. Мы говорили весь вечер, и он подтвердил, что однажды видел сон, но о чем -- рассказывать отказался.
Леарза поник.
-- И он уже тогда знал... -- пробормотал он.
-- Таково благословение Хубала, -- пожал плечами Бел-Хаддат. -- Острон сегодня заявил, будто Эль Кинди был предателем, но он знает, каково было самому Эль Кинди?
-- А ты знаешь?
-- Я знаю, что Эль Кинди что-то увидел в будущем. Что-то, что заставило его едва ли не умолять остальных не отправляться в свой поход против потомков Суайды. Они его не послушали, точно так же, как Острон сегодня, решили, будто он всего лишь трус.
-- А ты думаешь, что он был прав? -- спросил Леарза. Бел-Хаддат будто подобрался, скрестил руки на груди.
-- Никто теперь уже не знает.