-- Впереди большая толпа одержимых.
-- Приготовьтесь к бою! -- крикнул Острон. Всадники немедленно растянулись в линию, позади остались только Леарза и Сафир с Лейлой; даже Абу Кабил посерьезнел. Алия, невольно оказавшаяся рядом с ним, сердито щурилась и не сводила взгляда с горизонта.
Мурашки побежали у него по спине; Острон стиснул зубы. Он почти успел позабыть это ощущение, но теперь оно накатило на него со всей силой.
-- У них мариды! -- предупредил он, попытался сосчитать, но сбился и добавил: -- Несколько десятков, не меньше!
-- Долгара они не привели, -- крикнул ему Исан, скакавший чуть позади. И то облегчение, подумал Острон и выхватил ятаганы: он уже видел серую массу бегущих им навстречу людей с прямыми клинками. По пустыне разнеслось улюлюканье сотен голосов. Он еще пришпорил своего коня, вырываясь вперед, и был готов использовать пламя, намеревался вызвать огромную полосу огня, быть может, не такого сильного, но чтоб опалило всех понемногу, и...
Огня не было.
-- Исан! -- закричал Острон; внутренности у него оледенило мыслью: предательство! Он резко осадил коня, отчего животное встало на дыбы; жеребец белоглазого едва не врезался в него, остальные всадники не успели сообразить и пролетели мимо них.
-- Что случилось? -- невозмутимо спросил Исан, уставился на нари. Острон раскрыл рот, потом стремительно обернулся в сторону нападающих безумцев.
-- Ты говорил, что ты такой только один!
-- Был один, когда принял вашу сторону, -- возразил белоглазый, проследив за взглядом нари. -- Видимо, кто-то из моих братьев также пробудил Дар.
-- Проклятье!
Отчаяние на мгновение полоснуло его клинком, но думать было некогда, ятаганы всадников уже встретили свои первые цели, и Острон помчался вперед. Прогремело сразу два, три взрыва: Леарзе майяд явно был не помехой, и от его пламени, рукотворного, загорелось тряпье нескольких одержимых, вызвав среди них суету.
Потом вдруг поднялся ветер. Резко, почти неестественно, только что воздух мирно дрожал под лучами палящего солнца, и вдруг засвистел настоящий вихрь, поднимая песок и камушки, и горизонт окутала дымка.
-- Что происходит?.. -- услышал Острон восклик Сафир, немедленно устремился на звук ее голоса, прорубил себе дорогу до нее. Рядом с ней обнаружился и Исан, не подпускавший к ней одержимых; ветром растрепало его плащ, сделав его похожим на большую ворону на спине лошади.
-- Это ненатуральный ветер, -- крикнул белоглазый, когда заметил Острона.
-- Знаю! -- рявкнул тот. -- Попробуем уйти!
Вихрь все усиливался, пока не началась настоящая песчаная буря; бурой мглой заволокло все вокруг, и Острон мог видеть лишь в паре касаб от себя, и в основном он видел головы одержимых, но песок летел и им в глаза, так что противники из них были никудышные, они лишь толклись вокруг всадников, как слепые котята, а Острон сжимал зубы и изо всех сил старался не думать о том, что они люди, срубая эти растрепанные головы с плеч.
Утешением ему был силуэт Сафир, которой тоже пришлось взяться за меч, неподалеку. Кажется, с другой стороны от нее все еще сражался Исан, но в этом Острон уже не мог быть уверен.
Они все бестолково вертелись на месте, как показалось ему, когда наконец ветер начал стихать; Острон было обрадовался, воздух вокруг них прояснился.
Они были окружены со всех сторон.
-- Проклятье, -- без особого чувства в голосе произнес Исан. Безумцы нападать не спешили и скалились, собравшись вокруг восьмерых людей: Острон, оглядевшись, заметил, что еще пятеро Северных стражей прибились к ним.
Острон между тем попробовал поселить пламя на клинке, и оба его ятагана, к его счастью, послушно всполыхнули; это будто послужило сигналом к нападению, и одержимые завопили, кинулись на всадников, но уже было поздно.
За прошедший год Острон давно научился призывать пламя, не успевая даже подумать об этом как следует, и теперь он наполовину инстинктивно передернул плечами; от всадников, оказавшихся в огненном круге, с огромной скоростью распространилась раскаленная добела волна, пламя возникло так внезапно, что раздался гулкий взрыв, от которого перепугались и встали на дыбы лошади, да только дело уже было сделано: те несчастные двое уцелевших, которые затем попробовали напасть на них, были немедленно порублены Северными стражами, быстро пришедшими в себя.
Теперь у них было время на то, чтоб оглядеться. Острон сообразил, что вслепую они отошли назад, и совсем недалеко еще были видны следы ночной стоянки, и полузнакомые скалы поднимались по обе стороны от них. Северные стражи молчали, их суровые лица были закрыты платками на манер маарри, ятаганы по-прежнему наготове. Сафир поглаживаньем успокаивала свою нервно фыркавшую лошадь. Острон оглянулся на Исана.