-- Это Сафир, -- повторил Острон, который знал это лицо в мельчайших подробностях, и хотел было броситься к ней, но Исан поймал его за плечо.
-- Она одержимая! -- настойчиво повторил белоглазый.
-- Сирхан милостивый, -- воскликнул Сунгай, сделав несколько шагов вперед. -- Неужели это значит...
Тут девушка отвернулась от них и кинулась бежать прочь, в глубь города. Острон издал крик и вырвался из хватки Исана; первым его желанием было поймать ее, заглянуть в ее глаза и убедиться в словах белоглазого, в которые он категорически не хотел верить.
-- Да чтоб тебя, -- угрюмо сказал Исан, торопливо направляясь следом, потом тоже перешел на бег, а за ним и остальные; они побежали по улице, но Сафир совершенно неожиданно свернула в узкий переулок, и Острон рванулся за ней, в темноту переулка успели скользнуть Сунгай, Исан и несколько Северных стражей, бежавших впереди; в следующее мгновение с крыши полуразрушенного дома точно перед Хансой с диким криком приземлился человек. Остальные смешались, Ханса не сразу выхватил шашку и почти был задет палашом безумца, но вовремя отклонился. Этот одержимый был не единственным, тут же из темноты со всех сторон выскочили с улюлюканьем другие; они были нечистокровными, если верить Исану, и дрались неумело, кое-как в сравнении со своими знатными соплеменниками, но их неожиданно оказалось много.
Когда они расправились с безумцами, Ханса обнаружил, что Острона и других и след простыл.
-- Проклятье! -- выругался он и оглянулся в надежде увидеть, что с ним идут более авторитетные личности, но оба лидера отряда, Сунгай и Острон, как в воду канули.
-- Надо отыскать их, -- сказала Лейла. -- Давайте попробуем пройти по улице выше, быть может, удастся поймать ее там.
Других вариантов ни у кого не было, и они осторожно пошли дальше, с тревогой поглядывая на алое зарево в центре развалин: что там так светится, никто толком не понимал. Вокруг по-прежнему царила тьма, но будто бы не такая уже плотная: как показалось Леарзе, то и дело бросавшему взгляды на восток, солнце взошло, но совсем низко над горизонтом, и так и не показывалось из серой мглы, окутавшей небо.
-- Это точно была она? -- тихо пробормотал Элизбар, шедший рядом с Лейлой. Та покачала головой.
-- Острон узнал ее. Но Исан сказал, что это одержимая... Сафир никогда не говорила, что ей снятся сны, и я не думаю, что она могла... обезуметь в один момент. Значит, скорее всего, это козни темного бога.
-- Или Исан лжет.
-- С чего ему лгать?
-- А если он решил вернуться на сторону своего господина?
-- Элизбар, -- беззлобно сказала ему Лейла, -- ты дурак. У него есть тысяча способов навредить нам куда серьезней.
Ассахан коротко пожал плечами.
-- Впереди марид! -- крикнул тут один из Северных стражей; люди мгновенно выхватили оружие, готовые сражаться.
-- В какой стороне? -- спросил Леарза, сунув руку в свой мешок. Страж махнул ему; Леарза быстро вытащил что-то круглое и с размаху швырнул в указанном направлении. Вспышка осветила сотни безумных лиц, скалящихся на них со всех сторон, и немедленно развязалась драка.
***
Они бежали, не разбирая дороги, и светлый бурнус мелькал впереди, норовя исчезнуть во тьме. Острон в отчаянии снова звал ее по имени, только ничто не могло остановить ее, и наконец это все же случилось: они выбежали на широкую улицу, где их атаковала небольшая кучка одержимых, и хотя Острон испепелил их, не замедляя бега, от вспышки пламени они потеряли из виду белый бурнус, и больше фигуры Сафир нигде не было видно.
-- Проклятье, -- выругался Сунгай и пнул мостовую носком сапога. Исан оглядывался, как и Северные стражи, шедшие с ними.
-- Остальные отстали, -- сообщил один из стражей. Острон остановился и в отчаянии пытался снова отыскать женщину, только ее и след простыл.
-- Ты уверен, что это была она? -- хмуро спросил его Сунгай.
-- Да! Ты думаешь, я не узнаю ее лицо?
-- Это вряд ли была она, -- покачал головой Исан. -- Зря ты не послушал меня с самого начала, Острон. Я хотел сказать тебе, по ощущениям это была чистокровная одержимая, и уж точно Сафир не могла быть ею, даже если бы и в действительности повредилась рассудком.
-- То есть...
-- В доме Билал, -- пояснил Исан, -- занимались тем, что пытались открыть Дар, который был бы ответом Дару Джазари. В последний раз долгар сказал мне, что Ваджра, Баракат и Фатима открыли Дар; я знал всех троих. Ваджра убит Сафир, насчет Бараката я не уверен. Фатима принадлежит к дому Билал. Я думаю, это была она.
-- Что ж ты раньше!.. -- начал было Острон, потом сконфузился и замолчал.