-- Сафир! -- обрадованно повторил он. Потише добавил: -- Думаешь, может, Острон ошибся? Может, та была какая-то одержимая, а наша Сафир все это время пряталась в другом месте?
-- Тебе виднее, -- пробормотала Алия. -- Но не нравится мне она.
-- Ч-ч...
Сафир сделала шаг, потом еще один. Что-то было не так, и Ханса почуял это; он не мог еще сообразить, что именно, но происходящее ему не нравилось.
Теперь он видел девушку куда отчетливее, алый свет как раз падал на нее из проема между двумя домами, и можно было разглядеть ее. Перепачканный, в двух местах порванный бурнус висел на ее плечах. Глаза на ее бледном лице казались двумя провалами. Волосы растрепались, хадир она где-то потеряла. По ее правой руке, намочив рубаху, стекала кровь.
Девушка вроде бы не пыталась бежать, как от Острона, и Ханса сделал шаг, потом другой. Она остановилась, словно насторожилась.
-- Откуда я знаю, что ты настоящий? -- потом спросила она. Ну точно Сафир: это ее голос, Ханса был уверен.
-- Сафир, все в порядке, -- как можно мягче сказал он. -- С чего бы мне не быть настоящим?..
-- Как нас зовут? -- гораздо более резко прозвучал из-за его спины голос Алии. Девушка зыркнула на нее и смолчала.
Ханса остановился, где стоял.
-- Она не знает наших имен, -- добавила Алия потом. -- Как я и думала.
Тут Сафир, -- то, что имело ее облик, -- резко бросилась бежать, но Ханса был готов к этому и сам мгновенно сорвался с места. Бегала она на удивление быстро: быстрее настоящей, пожалуй, они пробежали почти всю улицу, и Алия давно отстала от них, только наконец Ханса настиг обманку и грубо схватил ее за плечи, повалил на землю. Она вскрикнула, ударившись о камни мостовой, -- уже совсем другим голосом, заметил он.
-- Кто ты? -- спросил Ханса, завернул ей руки и заставил поднять голову, схватив за волосы. Волосы в его руке наощупь были вполне реальными, а вот крови на ее предплечье не было, и Ханса не без удивления сообразил, что все это ему лишь мерещится.
-- Не скажу, -- оскалилась она.
-- А если стукну?
-- Попробуй!
Ханса хотел отвесить ей подзатыльник, но на него снизу затравленно смотрела Сафир, хоть он уже и знал, что это не настоящая, все равно рука у него отяжелела и не поднялась на нее.
-- ...Проклятье, -- буркнул он. Тут наконец до них добежала и Алия, хрипло отдуваясь, остановилась рядом.
-- Держи ее, -- выдохнула копейщица. -- Сейчас мы у нее все выудим.
Ханса послушно отодвинулся, и лезвие копья с силой уперлось в подбородок обманки.
-- Ты -- ответ на Дар Джазари, -- сказала Алия. -- Так? Не думай, будто мы все тут идиоты! И даже не надейся, что моя рука на тебя не поднимется, дрянь! Считаю до трех, если ты немедленно не назовешься, я пущу свое копье в дело, и легкой твоя смерть не будет!
Лицо девушки исказилось, а потом вдруг Ханса обнаружил, как ее волосы, зажатые между его пальцами, светлеют. Потрепанный бурнус тоже исчез, вместо этого на ней оказался надет черный плащ.
-- Если этот марбуд немедленно не слезет с меня, -- выдавила обманка, -- я задохнусь, и твоим копьем меня уже не напугать будет!
-- ...Ханса, -- смилостивилась Алия. Он, отчего-то немного смутившись, неловко перебрался вбок, но рук девушки не выпустил, заставил ее подняться на ноги вместе с собой. Она так и осталась стоять в неудобной позе, с заведенными за спину запястьями, и дерзко уставилась на Алию. Теперь ее ни за что на свете нельзя было бы принять за Сафир, но все же она оказалась вполне миловидной. Хансе даже немного не верилось, что она -- такая же безумная, как и все остальные слуги темного бога.
-- Мое имя Фатима, -- гордо задрала подбородок девушка. -- Я из дома Билал, хотя вряд ли тебе это о чем-то скажет! Мой Дар -- в действительности ответ на Дар Джазари.
-- А теперь говори, -- холодно предложила Алия, снова ткнув в нее копьем, -- где настоящая Сафир.
-- Вон там, -- Фатима мотнула головой в сторону центра города. -- Возле самого алого сердца Тейшарка! Оно уступает по силе сердцу Эль Габра, но все-таки и оно способно подчинить волю варвара Асваду. Мы поймали ее, как глупую песчанку, и отвели туда. Вам ее уже не вернуть.
Алия выругалась и сплюнула на землю.
-- ...Что с ней будем делать? -- осторожно спросил Ханса.
-- Мы должны убить ее, пока она в наших руках, -- был хладнокровный ответ. -- Она -- одна из Одаренных слуг темного бога, не забывай!
-- Н-но... -- Ханса растерялся: он не представлял себе, как смог бы взять и убить беззащитную девушку, чьи запястья в его руках были такими хрупкими.
-- И немедленно отправиться в цитадель, -- Алия сурово указала на сияющую багровым вершину. -- ...Ты можешь не ходить туда, ты Одаренный Джазари, и твоей жизнью рисковать нельзя. Но я отправлюсь, потому что, если не спасти Сафир, господин Острон вряд ли так просто переживет ее гибель.