-- И... как это? -- спросил Острон. Халик развел руками.
-- А вот теперь начинаются настоящие тренировки, парень. И боюсь, так просто тебе это умение не освоить.
-- Я буду стараться, ты же знаешь.
Халик вздохнул, покачав головой. А потом отложил оба ятагана в сторону и сделал кивок Острону; парень последовал его примеру. Слуга Мубаррада вновь занял место посередине двора, и Острон встал напротив.
-- Трюк в том, чтобы почувствовать своего противника, -- выдохнув, сказал Халик. -- Ощутить его стремление к движению еще до того, как он начнет двигаться. Это... первое. Для начала тебе нужно освоить это, потом я расскажу тебе еще кое о чем.
-- Как же это сделать? -- изумился Острон. -- Разве такое возможно? Никто не умеет читать мысли!
-- Я тебе что, предложил читать мысли? Нет. Прежде чем человек совершает какое-то движение, он готовится, пусть даже один короткий миг, -- пояснил Халик. -- Прежде чем я ударю, я напрягу мышцы руки. Мое дыхание изменится. Тело начнет изменять баланс до того, как я занесу руку, чтобы я не упал, нанося удар. Ты понимаешь?
-- ...Немного, -- растерялся парень. -- Но это, получается, нужно столько всего замечать зараз!
-- Конечно. Мы начнем с простого. Я буду наносить скользящие удары, -- Халик ухмыльнулся, -- а ты должен будешь их ловить. С закрытыми глазами.
-- Но...
-- Сосредоточься на моем присутствии. Ведь ты ощущаешь присутствие человека рядом, даже если не видишь его? Давай попробуем. Закрывай глаза.
Острон послушно зажмурился и весь подобрался, готовый к неожиданному удару. Руки его сами поднялись в стремлении закрыться.
-- Немного не то, но для начала сойдет, -- хмыкнул Халик. -- Ну что ж.
Тишина. Острон настолько вслушивался в нее, что понемногу в ушах начало звенеть. Что делает Халик? Ужасно хотелось хоть чуточку приоткрыть один глаз и посмотреть. Нет. Нельзя расслабляться, нужно ожидать...
Удар!
В самый последний момент он отшатнулся, больше по инерции, и пальцы Халика скользнули по его подбородку: Острон с облегчением сообразил, что здоровяк бьет раскрытой ладонью, чтобы не причинить вред.
-- Это невероятно сложно, -- сказал он, потирая щеку. -- Неужели этому и вправду можно научиться?
-- А я и не говорил, что это легко. Научиться можно, -- ответил Халик. -- Надеюсь, у нас хватит времени.
***
Вылазка в Хафиру была назначена на то утро. За день до того Усман всю тренировку потратил на то, чтобы дать своим подопечным наставления, и они даже не упражнялись с ятаганами. Острон сидел на каменных плитах площади вместе с остальными и внимательно слушал.
-- Нам вряд ли встретится больше одной шайки, -- говорил Усман, -- но на всякий случай вы должны знать об одержимых все. Эти безумцы обычно ходят стаями, как дикие звери, и уничтожают все живое на своем пути. В одиночку одержимый не очень опасен: представьте себе сумасшедшего человека, который кидается на вас. Они не слишком-то умелые мечники, хотя кое-какое оружие у них имеется, и почти совсем не стреляют из луков, так что на расстоянии их тоже можно не бояться. Когда же они наваливаются толпой, главное -- не останавливаться ни на миг и внимательно следить за их ногами. Эти твари прыгучие, вечно норовят воткнуть в тебя что-нибудь острое сверху.
Острон согласно потер шрам на плече.
-- Также берегитесь тех из них, у кого есть копья, -- продолжал командир. -- Во-первых, копье само по себе грозное оружие, с большим размахом, а во-вторых, они имеют обыкновение смачивать наконечники в ядовитых водах Хафиры. Если кого-то из вас в бою заденут, не стесняйтесь немедленно обратиться к старшим, даже с малейшей царапиной. Такие раны обычно очень легко загнивают, и не один неосмотрительный боец потерял руку или ногу, -- он грозно нахмурился и обвел стражей взглядом. -- Но самое плохое, что может встретиться в Хафире -- это мариды.
На площади воцарилось молчание. Усман вскинул подбородок, выдержал драматическую паузу и пояснил:
-- В каком-то смысле это -- Одаренные темного бога.
Острон вместе с остальными затаил дыхание, не сводя взгляда с командира.
-- К нашему счастью, они встречаются не очень часто, -- добавил Усман. -- Они обладают нечеловеческой силой и могут сломать клинок ятагана голыми руками. Обычная сталь их не берет, ею их можно только остановить, но не убить. Даже если отрубить мариду голову, эта голова будет жить и попытается загрызть тебя.
Кто-то из новых стражей ошеломленно выдохнул.
-- Мариды иногда ходят во главе шайки одержимых, -- сказал командир, -- но чаще передвигаются в одиночку. Они превосходно умеют красться в ночи и не раз нападали на стоявшие лагерем отряды. Их почти невозможно услышать и трудно увидеть, если они прячутся во тьме.