— Здесь есть туалет? — вопросила она.
Я взглянула на Джо, и он чуть ускорился. Мы оба знали, что у нас не так много минут, чтобы добраться туда, куда нужно.
Мы миновали улицу Навахо, улицу Тонто (без шуток) и прибыли в отель на улице Апачи.
Портье вовремя указал на туалет для инвалидов.
С этой задачей мы справились, после чего смогли зарегистрироваться.
Долли была разговорчива и бодра, в отличие от Джо и меня. Мы прямо-таки валились с ног.
— Нынешняя молодежь, — захохотала женщина. — Никакой выносливости! Никакой выдержки. Почему бы вам двоим не вздремнуть, а я посижу в этой кафешке и позавтракаю. Мальчик, — обратилась к портье, — мне нужна хорошая туристическая книга о Большом Каньоне, будь так добр.
— И любая имеющаяся информация о доступных объектах, — добавила я.
Портье дал листовку и указал на сувенирный магазин, где можно купить книгу для Долли. Магазин был заполнен поделками коренных американцев: деревянными украшениями и бирюзовыми драгоценностями, а также открытками, книгами, мокасинами, футболками, кепками, лосьоном для загара, фляжек и книжными подставками из окаменелого дерева.
— Ого, смотри! Эти фигурки похожи на те, что ты мастеришь, — обратилась к Джо, изучая крошечную фигурку койота. — А цена кусачая! Когда-нибудь думал о том, чтобы продавать свои работы?
Парень перевел взгляд с фигурки на меня, и выражение его лица омрачилось замешательством. Затем пробормотал, что отнесет наш багаж в номера. Я смотрела, как он уходит с поникшими плечами.
— Непростой симбиоз, — заметила Долли, провожая взглядом удаляющуюся фигуру. — Так много гордости и так мало самоуважения.
Я знала, каково это, просто не думала, что Джо в курсе.
Долли выбрала нужную книгу, и я покатила ее в кафе, оставив официантам тайные указания прийти за мной, если женщине что-то понадобится, затем зашагала к номеру, лишь ненадолго останавливаясь, чтобы полюбоваться деревянным полом и нахмуриться при виде разноцветных ковров, которые придется сдвинуть, чтобы Долли не спотыкалась о них, когда будет пользоваться ходунками.
— Позже, — простонала, плюхаясь на кровать, глаза уже слипались.
Четырех часов сна было недостаточно, чтобы почувствовать бодрость, но, по крайней мере, достаточно, чтобы восстановить способность и ходить, и говорить. К тому же в спальне было прохладно, а душ — обалденно горячим. Трудно было заставить себя выйти, но я знала, что Долли будет ждать.
Я надела симпатичный сарафан, похожий на сине-белый в горошек, в котором Мэрилин снималась в пятьдесят седьмом со своим тогдашним мужем, драматургом Артуром Миллером, и завершила образ шлепанцами.
Когда я нашла Долли, она спала за столиком, где я ее оставила, опустив подбородок к груди и откинувшись набок в инвалидном кресле. Одна из официанток подошла ко мне с улыбкой.
— Ваша бабуля — огонь! Она рассказывала нам истории из своей жизни, такая зажигательная!
Я улыбнулась в ответ, не потрудившись поправить гипотезу о наших отношениях. Я отроду не знала своих бабушку и дедушку, а предки не разговаривали друг с другом вот уже десять лет и редко звонили. В случае с мамой меня все устраивало, но с тех пор как папа переехал во Флориду со своей второй женой, почти ничего о нем не слышала, что печалило.
Я начала отвечать, но поняла, что полностью потеряла внимание официантки, хотя не осуждала девушку. Джо шел к нам, его волосы сдерживала красная бандана, на нем были баскетбольные шорты, белая майка, а на ногах — сандалии. Я использую глагол «шел», однако это не совсем точное слово, чтобы описать легкую, спортивную, проворную походку, когда он пересекал ресторан.
Джо обладал харизмой, сильной аурой, таинственностью, и я впервые поняла выражение «животный магнетизм». Невозможно было не смотреть на него, когда парень подходил.
Официантка явно была со мной согласна, а голодное выражение лица говорило о том, что она хочет взобраться на него словно на дерево.
— Красивое платье, — сказал мне, после чего наклонился, чтобы поцеловать Долли в щеку.
Я услышала, как официантка вздохнула от его добродушия, а может, я была той, кто вздохнула. Мне нравилась эта сторона Джо, даже слишком. Но желать того, чего у меня не может быть, стало привычным делом, поэтому просто наслаждалась сиянием его улыбки, пока могла.
Глаза Долли открылись, и она погладила Джо по щеке.
— Классный способ проснуться, — произнесла она. — С этого момента буду стараться, чтобы каждый день меня будил поцелуем красивый молодой человек.
Джо засмеялся, сжал руку Долли, официантка же растеклась лужицей на полу.
— Итак, дамы, — сказал Джо, выдвигая стул и усаживаясь на него. — Чем хотите заняться сегодня днем? — он взглянул на Долли.
— Естественно, хочу посмотреть на Большой Каньон!
Глава тридцать первая
Девон, Апрель 1943
Сильвия
Девон выглядел не совсем так, как в моем детстве с широкими песчаными пляжами и бескрайними торфяными болотами в силу того, что береговая линия от Илфракомба до Бидефорда превратилась в тренировочную базу для тысяч солдат и десантников ВМС США. Вместо золотых песков Браунтона мы остановились ближе к границе Сомерсета, в симпатичном городке Линмут с его побратимом Линтоном на другой стороне крутого ущелья, разделенного двумя быстротечными ручьями.
Поездка из БП заняла шесть часов, включая перерыв на обед в городке Чиппинг-Содбери, что почему-то рассмешило Чарли. Мне нравилось слышать его смех, такой редкий, глубокий и радостный.
Когда мы наконец прибыли, измазанные грязью с пыльных дорог, то были очень рады наконец-то отдохнуть.
«Линдейл» больше походил на швейцарское шале, чем на приморскую гостинцу середины Викторианской эпохи, с высокой башенкой в одном конце и мансардными оконцами, из которых открывался вид на гавань внизу.
Портье тщательно осмотрел нас, так пристально вглядываясь в мое военное удостоверение, отчего подумала, не ожидает ли он, что оно заговорит. Чарли удостоился более беглого взгляда.
— Вы с ними на побережье? — спросил он, его акцент кокни удивил. — С другими янки?
— Не могу сказать, приятель, — ответил Чарли, и портье благоразумно не стал больше ни о чем спрашивать.
— Ужин подается с 18:00 до 19:00, однако мы должны зарезервировать столик; а завтрак — с 8:00 до 9:00, или раньше по специальному запросу. Будете ли ужинать с нами сегодня?
— Безусловно, столик на двоих, — отозвался Чарли, — и мы закажем два завтрака.
Портье кивнул.
— Ваш номер расположен на вершине башни, мисс. Через две двери находится санузел, а в конце коридора — ванная. Горячая вода подается с шести до восьми утра и с семи до девяти вечера. Ваш номер, сэр, — сказал он, переводя взгляд с одного на другого, — расположен на втором этаже. В другом конце отеля.
Вскинутые брови свидетельствовали о тому, что ему очень любопытно узнать о наших отношениях.
— И если позволите, — осторожно улыбнулся, — на вершине холма Каунтисбери есть хороший паб «Голубой шар». Можете пройти его за полчаса и скатиться вниз за десять минут, — и усмехнулся сам себе. — Там готовят очень хороший светлый эль, который нравится янки, да и видок там красивый, мисс.