-- Ну да. Что ты? Не знаю, что у вас тут думают насчет него, но он очень о вас заботится. К сожалению, такие дела быстро не делаются, нельзя в одночасье все изменить, по мановению руки люди не станут жить хорошо. Но со временем все возможно, и я очень рад тому, что могу быть полезен здесь.
Нина не ответила ему; она еще и сама не понимала, что произошло, но вдруг ей расхотелось даже говорить этому Леарзе о том, что ее Уло -- один из них. Он выглядел оживленным и будто искренне говорил о помощи, но...
Вдвоем они пришли в столовую сталелитейного завода; Нина оглядывалась, но Аллалгара не увидела. Может быть, он еще не пришел; подумав, она остановилась у входа и обернулась к своему спутнику.
-- Плохо вам живется здесь? -- спросил он.
-- По-всякому бывает, -- сказала Нина. -- Люди живут бедно. Очень многие даже читать не умеют. Я сама лишь недавно научилась... вот и человек, которого мы сейчас ждем, он совсем один, у него нет друзей, кроме меня, остальные насмехаются над ним. Его мать соблазнил аристократ, а потом бросил, она умерла в нищете, все говорили, что она шлюха. ...Вон он.
Леарза стремительно обернулся; действительно, в этот момент в столовую вошел высокий смуглый закованный, сразу заметил Нину и неловко улыбнулся ей, сделал шаг в ее сторону, потом заметил чужого мужчину возле нее.
-- Аллалгар, -- окликнула его женщина. -- Не стесняйся, это Леарза. Он... -- она растерялась немного, не уверенная, что стоит сказать, но Леарза повел себя странным образом; уставившись на Черного, он воскликнул:
-- Вот оно что! К чему мне все это снилось... извини, если я пугаю тебя, но... Нина, -- он оглянулся, -- спасибо! Аллалгар, ты нужен мне. Пойдем со мной! Я отведу тебя в Централ.
-- Что... зачем? -- совершенно растерялся тот, уставился на Нину; она напуганно потрясла головой, давая понять, что и сама не знает, что происходит.
-- Хотелось тебе когда-нибудь побывать там? -- загорелся Леарза, не замечавший испуга закованных. -- Посмотреть на самого Наследника? Я отведу тебя к нему!
-- Я ничего дурного не сделал, господин... -- нелепо забормотал Черный, попятился. -- Я...
-- Ты наполовину аристократ, -- сказал Леарза. -- И имеешь право на место среди них. Пойдем! Не бойся, никто не обидит тебя!..
-- Господин Леарза, оставьте его! -- воскликнула Нина, схватила руосца за локоть. -- Пожалуйста, оставьте! Ах, зачем я вам это сказала!
-- Не беспокойся, ничего дурного не случится! Я знаю это, он просто должен пойти со мной!
-- Аллалгар, хоть ты объясни ему!..
-- Я пойду, куда скажете, господин.
***
-- Мне отчего-то кажется, вот она: та самая ниточка, которая поможет установить другой тип отношений между вами, Фальер. Этот человек -- ни аристократ, ни закованный, он -- и то, и другое одновременно! Согласитесь, это именно то, что нам нужно. Предвидели вы это?
Наследник улыбнулся ему; хотя внешне он казался спокойным, Леарза почувствовал, что и этот человек взволнован. Он должен понять, он должен!..
-- Мой талант не совершенен, -- мягко возразил Фальер, сделав неопределенный жест. -- Порою я что-то предвижу, но далеко не все и не всегда. Я... знал, что вы справитесь, Леарза. Знал, что нужно предоставить вам полную свободу. Спасибо! Я еще не знаю, каким образом этот человек сыграет свою роль, но он необходим мне... нам, и за это я обязан сердечно поблагодарить вас.
Леарза не сдержался и довольно рассмеялся. Так быстро! Он и сам не ожидал, что судьба столь быстро приведет его!.. Потом, впрочем, слова Фальера заставили его задуматься: должно быть, Наследник в самом деле что-то предвидел, знал, что именно он, Леарза, принесет им такую пользу.
Закованный, которого привел руосец, все это время стоял за спиной Леарзы, оглядываясь с открытым ртом. Аллалгар никогда в жизни не видел такой роскоши; сияющие улицы Централа пролетели перед его глазами сплошным ослепительным потоком, и вот он оказался во дворце Наследника, и сам юный бог смотрел на него пронзительным умным взглядом. Странный коротышка не соврал ему: теперь Аллалгар будет жить в Централе.
Его отвели в большую светлую комнату, дали другую одежду, принесли ужин на подносе; Аллалгар чувствовал себя аристократом. На какое-то время он вовсе поддался этому ощущению, вообразил, что он -- законнорожденный сын своего безвестного отца, молодой наследник богатого клана.
Потом сошло на нет. Аллалгар был совершенно один здесь. Он никого не знал; даже слуги смотрели на него с затаенным презрением во взглядах. Он пожалел о том, что не попросил Наследника что-нибудь сделать и для Нины тоже. В конце концов, Нина была добра к нему и штопала ему белье. И, может быть, Наследник знает, где Кэнги? Аллалгар очень хотел увидеть Кэнги.
На второй день Аллалгар познакомился с Меразом; тот сам первым пришел к нему в комнату. Аллалгар в это время сидел возле окна и тосковал, выглядывая на площадь с фонтаном. Мераз был немногим ниже самого Аллалгара, жилистый и подвижный, смуглое лицо выдавало в нем закованного с первого взгляда. Он вошел в комнату Черного и остановился, рассматривая его безо всякого стеснения.
-- Ведь ты тоже закованный, -- обратился к нему Аллалгар, чувствуя себя неуютно. -- Ты кто?
-- Звать Мераз, -- отозвался тот. -- А ты, значит, наполовину аристократ? Что-то по тебе не скажешь.
Аллалгар набычился, медленно встал; видимо, его немаленький рост впечатлил чужака.
-- Довольно меня этим дразнили, -- буркнул Аллалгар. -- Еще одно слово про моих родителей -- и я тебя в окно вышвырну. Ну, зачем пришел?
Мераз негромко рассмеялся. Смех у него оказался какой-то... хищный; черные глаза блеснули на Аллалгара.
-- Посмотреть на тебя, -- честно сказал он. -- До тебя я был единственным из закованных, кого поселили в такую же комнату. И я до сих пор не знаю, для чего это сделал господин Фальер.
Аллалгар не нашелся, что ответить на это, и глупо замолчал. По правде говоря, он тоже не очень понимал, что он здесь делает; подспудно он знал, что аристократ из него никудышный, курам на смех, и если настоящие аристократы и сделают вид, что приняли его за одного из них, то только чтоб потешаться над ним.
-- Да, -- протянул Мераз, -- умом ты не блещешь. Ладно, еще понаберешься, может быть. Меня господин Фальер каждый день почти берет с собой на встречи с инопланетянами. Уже слышал о них, а? Они здесь, уже больше месяца показывают нам свои проклятые машины.
-- Слышал, -- ответил Черный. -- Правда, что у них совсем нет души?
-- Не знаю, -- Мераз пожал плечами. -- Но лица у них просто каменные. Ничем их не удивишь, ничем не проймешь. Да один из них привел же тебя.
Аллалгар растерялся: приведший его человек ему казался самым обыкновенным аристократом.
-- Он не такой, -- сказал Аллалгар. Мераз рассмеялся снова.
-- Конечно, не такой. Он с другой планеты. Они говорят, спасли его. Но он с ними заодно, пользуется их машинами. Я бы ему не стал доверять.
Аллалгар ничего не сказал ему на это; все это было слишком сложно для него.
***
Он стоял посреди комнаты, расправив плечи, отчего казался совершенно огромным, похожий на доисторического северного светловолосого бога-кузнеца, а лицо у него было добродушное. Ни за что нельзя было сказать, что в голове у него электронный мозг; у него были живые, совсем человеческие глаза, а на подбородке до сих пор виднелась полузажившая царапина, оставленная кулаком Богарта. Люди вокруг него переговаривались, хмурились, а он продолжал посмеиваться и смотрел на них с обычной хитринкой во взгляде.
-- Не рано, профессор? -- спросил Гавин, веснушчатое лицо которого напоминало маску, столь было неподвижно. -- Может быть, стоит еще выждать.
-- Дольше ждать нет смысла, -- возразил профессор Квинн, -- их реакция все равно будет негативной, и длительный срок может лишь разозлить их. Я считаю, время пришло.
-- Пусть узнают, -- согласился с ним и Каин; Леарза, стоявший у окна, избегал смотреть на него, мрачно уставился в сторону. -- А потом как-нибудь и привыкнут, ха-ха! Человек, говорят, ко всему привыкает, а я не вот там какое-нибудь чудовище, ну если, конечно, ха, меня не разозлить!
-- Я все-таки попросил бы тебя серьезнее отнестись к этому, Каин, -- мягко сказал профессор. -- Это очень важный момент, едва ли не более важный, нежели наша попытка объяснить им принципы теории массового бессознательного Катар.