В это время шестеро оставшихся людей продолжали пробираться по болоту, ноги их опасно вязли, несколько раз Финну приходилось вытаскивать застрявшего толстяка профессора, а Касвелин уже практически тащил на себе Таггарта, почти потерявшего сознание.
Надежда таяла, несмотря на ровное, спокойное лицо ведшего их китаба.
Но вот, в очередной раз подняв голову, Финн приметил какой-то тусклый блеск впереди.
-- Шаттл! -- крикнул он, сорвался в неловкий бег, в несколько больших прыжков настиг замеченную цель.
Это действительно был шаттл, его длинное металлическое тело больше чем наполовину ушло в грязь, но люк находился в верхней, более легкой части; маленький корабль находился в спящем режиме и, когда датчики его ощутили живое тепло поблизости, включился. Неясно вспыхнули огни, крышка люка автоматически поднялась.
-- Спасены, -- сипло пробормотал Гавин.
-- Даже не верится, -- согласился с ним профессор.
-- Подождите, -- буркнул капитан Касвелин, -- еще неизвестно, удастся ли нам миновать орбиту. Наверняка они поджидают нас.
-- Нет, теперь все их внимание сосредоточено на поверхности планеты, -- ровно возразил Леарза, стоявший чуть поодаль. Кеттерлианцы столпились возле приветливо открытого люка, он отошел назад, почти слившись с тенями деревьев. -- Они не знают, что был пятый корабль.
-- Скорее, у нас мало времени. Шаттл быстро тонет, еще немного, и мощности двигателя не хватит, чтобы вытащить его.
Малрудан первым забрался внутрь; следом за ним Касвелин затащил Таггарта. Профессор Квинн оглянулся на Леарзу.
-- Будем считать, что я искупил свою вину, -- холодно сказал тот. -- Четыре жизни на моих руках. Еще пять я спас. Если следовать вашей же логике, я больше ничего вам не должен.
-- ...Ты о чем это? -- насторожился Финн.
-- Вам больше ничто не угрожает, -- пояснил Леарза; его лицо оставалось бледным пятном в темноте. -- Теперь положение равное. Миллиарды ваших людей, ваши технологии против одной-единственной планеты. Пока еще я не враг вам, но как только ваш корабль оторвется от поверхности, остерегайтесь меня.
-- Ты!..
-- Ты и сам прекрасно знаешь, Финн, что я не такой, как вы. Мне нет места среди вас. Уходите.
Пухлая рука профессора мягко повлекла Богарта вперед.
-- Пойдем, Финн, -- сказал он. -- Леарза принял решение.
-- Я был лучшего о тебе мнения, руосец, -- сплюнул разведчик, пропустил в раскрытый люк профессора и нырнул туда последним.
Леарза остался стоять; он наблюдал за тем, как люк закрылся. Сначала ничего не происходило. Потом что-то пришло в движение внизу, под ногами: трясина заколебалась, раздалось шипенье, затем свист, наконец шаттл вылетел из своего гнезда, будто пробка, во все стороны разлетелась грязь; очень быстро развив огромную скорость, серебристый корабль устремился вертикально вверх и в считанные мгновения превратился в крупную удаляющуюся звезду.
Теодато Дандоло следил за этой звездой, привалившись спиной к какой-то коряге; он весь был в грязи, в крови, руки его судорожно сжимали заряженное ружье. Теодато загнал лошадь и был вынужден бросить несчастное животное посреди леса, еще какое-то время шел вперед, упрямо, не останавливаясь. Псы выли совсем близко. Кажется, они потеряли его след: уже начиналась топь, и он брел сюда, к этому безопасному островку, утопая по колено, а иногда и проваливаясь по пояс. Но сил идти дальше у него не было, и он знал, что сейчас люди, знающие о том, что он где-то здесь, попросту окружат его, их много -- он один, они отыщут его и без собак, и тогда...
Он запрокинул голову и смотрел в черное небо, и видел, как взмыла ослепительная звезда. Он знал, что это значило, и слабо улыбнулся. Им удалось: они спаслись.
Он только не знал еще, что эти минуты спасли его самого. Верховые тоже прекрасно видели улетающий корабль инопланетян, и их лидер грязно ругался в эти мгновения, поняв, что главную добычу они упустили; шедший с ними телепат связался со своим коллегой во дворце Тонгвы и передал новости. Ответ пришел почти сразу.
-- Возвращаемся! -- крикнул командир. -- Чтоб их собаки съели!
-- Капитан, кто-то из них еще здесь, -- возразили ему.
-- Оставить, черт с ним!
И они повернули лошадей; псы еще выли, чуя кровь, но тоже вынуждены были следовать за хозяевами.
***
Космическая станция, огромная и круглая, медленно плыла в безвоздушном пространстве, поворачиваясь к солнцу то одним, то другим боком. Это было удивительно мирное зрелище, и казалось, что здесь словно другая вселенная, в которой не может быть никакой опасности, и никакая беда не настигнет их.
Айнсли Квинн понимал, что это далеко не так.
Их ждали; шаттл пристыковался к одному из шлюзов станции, и пятеро смертельно уставших людей ввалились в белый холл, в котором их встречали их сородичи. Капитан Синдрилл, увидев их, всплеснул руками.
-- Несите его в медицинское крыло, быстро!
К счастью, они подозревали, что им пригодятся носилки, и потому потерявшего сознание Таггарта в тот же момент положили на них и унесли; один из оставшихся врачей бегло осмотрел остальных спасшихся, но, кроме страшной усталости, ничего не нашел.
-- Остальные? -- коротко спросил капитан Синдрилл, обведя их взглядом.
-- Морвейн погиб, -- ответил ему профессор. -- Руосец предпочел остаться.
-- Сделал свой выбор?
-- Да.
Они замолчали. Финн хмурился; капитан Касвелин устало растирал виски.
-- Как обстоят дела на станции? -- спросил он.
-- Не лучшим образом, но мы справляемся. Аппаратура поминутно выходит из строя. К счастью, у станции большой запас прочности. Хуже другое: из-за неполадок уже вторые сутки не можем установить связь с Кэрнаном.
Профессор Квинн вздохнул.
-- Пойдемте, -- предложил он. Люди снялись с места. Никому из них еще толком не верилось, что они выжили, спаслись; всех терзало беспокойство. Гавину было остро жаль молодого Дандоло, который, он был уверен, уже лежит бездыханным где-то в глухом лесу. В сердцах Малрудан подумал: "лучше бы Беленос вытащил Теодато, а Леарзу тогда оставил на Руосе".
Они приводили себя в порядок, ели, отдыхали; но облегчения никто из них не чувствовал. Капитан Касвелин всерьез тревожился за состояние станции. В разговоре с Синдриллом он предположил, что необходимо сниматься с орбиты и возвращаться на Кэрнан, не дожидаясь, пока откажет вся аппаратура.
Профессор Квинн явился к ним в холл и молча устроился в одном из кресел; в холле продолжали напряженно работать люди, связисты пытались пробиться на Кэрнан, капитаны негромко разговаривали между собою, решая, что им предпринять.
-- Наверняка Лекс тоже отдаст такой приказ, -- сказал Синдрилл. -- Экспедицию смело можно считать провалившейся. Лучшее, что мы можем сделать, по моему мнению, -- это оставить их в покое и истово надеяться, что без звездных карт они не отыщут нашу систему.
-- Это нас не спасет, -- вдруг возразил профессор. Они переглянулись; вспомнили его прошлые слова. Беспокойство еще хуже прежнего охватило их.
-- Есть сигнал! -- крикнул кто-то из связистов, и люди засуетились, забегали по холлу; вокруг поймавшего сигнал человека столпилась небольшая группа. -- Прерывается, зараза... вот... вот!
-- Контакт установлен!
-- Включите громкую связь!
В динамиках раздался треск, потом щелчки. Наконец с замиранием сердца собравшиеся услышали знакомый каждому из них электронный голос.
-- Ожидание информации.
-- Передаю, -- в волнении отозвался один из инженеров: подробные отчеты уже давно были готовы у них.
-- Принято, -- погодя отозвался Лекс. Воцарилось недолгое молчание: Лекс обрабатывал полученные данные. -- Рекомендовано оставаться на орбите. Предпринять все возможные меры безопасности. Нести дежурства. Наблюдать за происходящим на планете издалека. Рекомендовано покинуть пост только в том случае, если станет невозможно долее находиться в системе Сеннаар.
-- Лекс?.. -- удивился капитан Синдрилл. -- Каковы причины такого решения?