Помимо двоих связистов, в помещении находились только капитаны и профессор Квинн. Синдрилл нервничал и без конца ходил туда и обратно, то и дело принимаясь ломать пальцы, Касвелин лучше держал себя в руках и сидел в кресле напротив профессора.
Профессору было плохо; за прошедшие два часа он опять терял сознание, к счастью, ненадолго, и теперь даже в темноте было заметно, насколько бледно его круглое лицо. Прибывшие на одном из грузовых кораблей с Кэрнана медики хмурились и говорили, что положение профессора близко к критическому, и если так будет продолжаться, не исключено, что придется провести операцию по удалению биокарты.
Для профессора это значило чересчур многое. Лишившись биокарты, он утратит добрых две трети всех своих познаний и станет инвалидом; хотя головные боли иногда становились настолько сильными, что он падал в обморок и еще несколько раз испытывал нечто вроде временной потери памяти, профессор принял твердое решение и поставил медиков в известность.
Ни в коем случае, даже если он будет находиться при смерти, не удалять биокарту. Он предпочтет смерть, нежели инвалидность.
Может быть, и поэтому тоже в последнее время профессор Квинн почти постоянно находился в центральном холле, вместе с капитанами, следя за всеми событиями в Кеттерле и на станции.
Новости были неутешительные. Две смерти на Кэрнане; один человек погиб здесь. Проведено уже несколько десятков операций по удалению биокарты... все эти люди отныне будут инвалидами, не в состоянии заниматься своей прежней деятельностью. Все бы ничего, в сравнении с количеством жителей на планете это капли в море, но Лекс дает неблагоприятный прогноз: число пострадавших увеличивается в геометрической прогрессии.
...И Лекс, у которого всего несколько часов назад произошел крупный сбой в вычислительной части.
-- Связь установлена, -- без выражения произнес один из программистов. В динамиках послышались какие-то тихие щелчки; наконец в холле зазвучал ровный голос Лекса.
-- Ожидаю данных.
-- Все по-прежнему, -- превозмогая боль, сказал профессор Квинн. Лоб его покрылся испариной; он кое-как вытер ее салфеткой. Рука чуть заметно дрожала. -- Космические корабли Анвина патрулируют орбиту, к станции не приближаются. Техническая информация передана...
-- Принято. Текущая информация по положению в системе Кеттерле: на данный момент девять погибших, проведено восемьдесят три операции по удалению биокарты, госпитализировано два миллиона триста четырнадцать тысяч девятнадцать человек. В результате сбоя в работе терминала космопорта Митанния на Эйреане произошло столкновение между двумя пассажирскими лайнерами, все находившиеся на борту погибли, это составляет пятьсот сорок два человека. Причина сбоя не установлена, предполагается возможное влияние с Анвина. Научный совет рассматривает гипотетические решения конфликтной ситуации. Среди предложенных вариантов осуществимым и действенным считается только один: высадка десанта на поверхность планеты и физическое уничтожение не менее, чем восьмидесяти процентов населения. Не рекомендовано к исполнению.
Лекс замолчал; присутствовавшие обменивались взглядами. Капитаны хмурились, на лицах связистов была тревога, и лишь профессор Квинн по-прежнему полулежал в кресле, прикрыв глаза, и тяжело, с хрипом дышал. Никогда еще, кажется, он не выглядел таким старым, как теперь; в сумраке, к тому же, его светлые волосы казались совсем седыми.
-- Этому варианту придется подождать, -- наконец сказал профессор. -- Мы должны найти что-то еще. Отправить людей на планету. Необходимо повлиять на анвинитов... сменить каким-то образом фокус их ненависти.
-- Задача невыполнима для людей, имеющих биокарту. На данный момент в системе Кеттерле присутствуют только люди с удаленной биокартой, по состоянию здоровья не способные выполнять даже повседневные задачи.
-- Невыполнима, но это не стопроцентная вероятность... -- возразил профессор Квинн. -- Несколько разведчиков на станции готовы попробовать. Среди персонала возникли разногласия... капитан Касвелин и капитан Синдрилл выступают против такого решения.
-- Каково ваше мнение, профессор Квинн? -- спросил Лекс.
-- Я бы попытался...
-- Профессор, -- неожиданно перебил его капитан Касвелин, уже какое-то время наблюдавший за одним из мониторов. -- К нам приближается анвинитский корабль.
-- Силовой щит в норме, -- осторожно сказал Синдрилл. -- Они не смогут подойти к нам.
Тем не менее уже внимание всех присутствовавших обратилось на экран, на котором мерцала красная точка; точка эта медленно, но верно приближалась к круглому телу обозначенной зеленым станции.
-- Они знают уже про щит, -- пробормотал Касвелин. -- Это означает, что они задумали что-то.
-- Уводите станцию, -- рекомендовал Лекс.
-- Изменить курс таким образом, чтобы избежать сближения с движущимся объектом более, чем на тысячу километров, -- отдал приказ бортовому компьютеру Синдрилл, и ответом стало почти мгновенное короткое подрагивание пола: включились линейные двигатели станции.
Казалось, все в порядке. Станция ускорила свое равномерное движение, начав отдаляться от чужого звездолета, в этот момент наконец-то включилось обычное освещение: очевидно, техники исправили неполадку. Стало хорошо видно, сколь бледен профессор, опять вытирающий лоб салфеткой.
Потом пол содрогнулся снова и гораздо сильней; ходивший по холлу Синдрилл споткнулся и едва не упал, один из связистов вскрикнул. Зазвучал сигнал тревоги, и Касвелин, прянув к панели бортового компьютера, беззвучно выругался.
-- Взорвался один из линейных двигателей! -- сообщил он. -- Включите громкую связь по станции!
-- Есть!
-- Что происходит в отсеке? -- почти крикнул Касвелин, -- доложите!
-- Туда невозможно войти, капитан! -- кто-то из техников ответил ему, -- там все в огне! Включились автоматические огнетушители!
-- Проклятье, -- выдохнул Синдрилл; глаза его следили за тем, как анвинитский корабль приближается к станции, замедлившей ход.
-- Скорее всего... -- тихо сказал профессор, -- скорее всего, на их корабле находится один из их разрушителей...
Капитаны обменялись встревоженными взглядами.
-- Всем приготовиться, -- потом гаркнул Касвелин, -- будьте начеку: возможны серьезные множественные неисправности в аппаратуре!
Невыносимо медленно потянулись минуты ожидания; пол под ногами продолжал неровно вибрировать.
-- Пожар почти потушен, -- доложили техники. -- Но двигатель выведен из строя...
-- Если от него вообще осталось что-нибудь, -- буркнул Касвелин. В холле по-прежнему была тишина, нарушаемая только хриплым дыханием профессора. Расстояние между станцией и анвинитским кораблем все сокращалось; должно быть, теперь его уже можно было бы увидеть невооруженным взглядом.
-- Рекомендовано сбить инопланетный корабль, -- неожиданно произнес Лекс.
-- Что? Но!.. -- начал было Синдрилл; бездушный голос перебил его:
-- Рекомендация сделана в связи с высоким риском гибели некоторого числа людей или даже станции вкупе со всем персоналом.
-- Я не отдам такого приказа, -- выдохнул Синдрилл, -- пока они не причинили...
Он недоговорил; новый удар был такой силы, что на этот раз оба капитана оказались сбиты с ног, свет лихорадочно замерцал, профессор Квинн слабо застонал в своем кресле. В динамиках что-то треснуло, и голос Лекса пропал. Чудовищная сила тяжести невидимой рукой прижала всех находившихся в холле, и когда капитан Касвелин с огромным трудом приподнялся, по внутренней связи кто-то крикнул:
-- Реактор!..
Они не знали, что в это время в коридорах станции царит настоящий ад. Свистел дикий ветер, людей волокло вперед, они цеплялись за поручни, если успевали, с бешеной силой ударялись о стены. Это длилось никак не меньше минуты, прежде чем ветер стих, и на станции воцарилась невесомость.