– Салазар, ты это серьёзно? – спросил Роан.
– Устами младенца глаголет истина.
– Стоит ли так радикально разрушать институт семьи? – спросил Роан.
– Я не вижу никаких проблем в том, чтобы все люди стали одной большой семьей.
– Я вас презирал, – сказал Сократ, – Имея такой могущественный ум, вы сидите, сложа руки. Почему вы не пытаетесь завоевать весь мир?
– Если и завоёвывать мир, то делать это следует не путём уничтожения и унижения, а путём праведности.
– А каким образом можно завоевать мир без кровопролития? – с интересом поинтересовался Сократ.
– К примеру, как капитализм одержал победу над феодализмом.
Голова Сократа после получения столь важного откровения начала усердно работать, и это было похоже скорее на эйфорию, чем на усердную вынужденную работу.
– Благодарю вас за уделенное мне время. Я вынужден откланяться, мы не понаслышке знаем, как вы много работаете, – сказал Сократ глядя в уставшие глаза Салазара.
– Рад был помочь, – ответил Салазар.
После того, как юный Сократ покинул комнату, двое оставшихся людей, по обоюдному согласию, начали обсуждать личность покинувшего их человека.
– Вынужден сказать, что, кроме азартных и бесстрашных детей, есть еще одна проблема.
– Я знаю, – ответил Салазар.
В связи с тем, что дети стали взрослеть раньше, они стали раньше испытывать чувство влюблённости. Всё было бы неплохо, если бы они не начинали влюбляться во взрослых людей.
– Сократ испытывает сильные чувства к Марианне, и это вызывает в нем ревностное отношение ко всему, – произнес Роан, – Наш маленький радикал, получивший имя древнегреческого философа Сократа.
– Следует ли нам столь эмоционально реагировать на возникающие проблемы?
– Я понимаю, как вы устаете изо дня в день Салазар, но, возможно, стоит отложить решение этой проблемы на некоторое время.
– Нет, я имею в виду, что большинство проблем мы решаем запретами, а не эффективными действиями, – сказал Салазар, – Любовь зла, полюбишь и козла.
В дверь снова постучали, и на этот раз это был Идан, и, как обычно, это предвещало не самые приятные новости.
– Надеюсь у тебя есть хорошие новости? – произнес Салазар.
– Поздравляю, вы стали человеком столетия! Вам присуждается награда «Человек мира»
– Ты лучше скажи как идут дела на фронте?
– Как обычно, благо мировой кризис играет нам на руку, не позволяя нашим врагам быстро восстанавливаться после потерь.
– Является ли мое присутствие на церемонии вручения премии мира обязательным?
– К сожалению да, – ответил Идан с тяжестью в сердце, – Нам необходимы союзники в противостоянии религиозной империи, которое представляет для нас главную угрозу. Несмотря на то, что мы доминируем в войне, у нас также есть потери, которые сказываются на ходе войны.
– Мне ещё и речь готовить? – устало произнес Салазар
– Я могу найти лучшего спичрайтера, который напишет для вас текст, – предложил Идан.
– Нет, лучше позови Марианну, скажи ей, что я нуждаюсь в ее помощи, она поймёт, о чём идёт речь.
– Я так полагаю, это не обычная помощь? – спросил Роан.
– Я нуждаюсь в дисциплине. Легко опустить руки, когда ты на вершине, где тебе не приходится постоянно бороться за выживание. На вершине легко поддаться соблазну инерции, забыв о стремлении к постоянному развитию. Но мир не стоит на месте, и конкуренция не дремлет. Я не позволяю себе расслабляться, ведь на смену одним вершинам всегда приходят новые.
– Ваш секрет успеха заключается в дисциплине? – с удивлением спросил Роан.
– Власть портить людей, и для меня наибольшую опасность представляет лень. Меня может испортить только лень, и ничего больше.
– Не могу поверить, что вы ленивый человек, – сказал Роан, – Вы создаёте образ очень трудолюбивого человека, и я не могу сказать, что вы когда-либо ленитесь. Вы никогда не уклоняетесь от работы. Ваша самоотдача и преданность делу вызывают восхищение.
– Не зря говорят, что «Лень – это лучший из семи смертных грехов, потому что она мешает совершить вам другие шесть». – сказал Идан.
– В первые годы правления я работал без особых проблем. Это было обусловлено тем, что стрессовая обстановка не позволяла моей лени проявиться в полной мере. По мере приближения второго года чувство ответственности стало ослабевать, и лень начала укореняться внутри меня.
– Могу ли я узнать, как вам удалось победить лень? – с интересом спросил Роан.