Это место было невероятно живописным, но в то же время оно было безлюдным и пустынным. В этом месте царила тишина и покой, словно оно было создано для умиротворения сознания. Казалось, время здесь течет медленнее, позволяя забыть о повседневных заботах. Я вдыхал влажный морской воздух, наполненный приятным ароматом соли.
Обычно я вижу сны от третьего лица, перемежающиеся снами от первого лица. Мои обычные сны, подобно кинолентам, могут разворачиваться передо мной с разных ракурсов.
Вдруг позади меня появился человек, словно из ниоткуда. Это больше похоже на мираж, чем на какой-нибудь неожиданный фокус. Несмотря на неожиданность, я не почувствовал страха, скорее любопытство. Кем он был и что ему нужно – эти вопросы крутились в моей голове. Оставалось только одно – развернуться и посмотреть в лицо неизвестности.
– Я повстречал немало родственных мне душ, но ты первый, кто сумел подобраться ко мне очень близко, – сказал мне незнакомец.
Я сонными глазами взглянул на незнакомца. Красота этого человека была равна красоте искусителя Богов, и нельзя было и подумать, что он какой-то лжец и обманщик. Истомлённый и усталый облик дополнял и украшал его великую красоту. Его сдержанная улыбка была искренней, в ней не было ни капли притворства, лжи, нечестных мотивов или чего-либо ещё. Он был прекрасен, как Иисус, подобно яркому свету, он вселял надежду.
Несмотря на его необыкновенную и запоминающуюся внешность, я никак не мог запомнить его лицо, словно бы моя память стиралась каждую секунду, когда я смотрел на него. Образ этого человека никак не сохранялся в моей памяти, я вновь и вновь не переставая восхищался его красотой, казалось, что его лик никогда не утратит божественную красоту. Казалось, что время не властно над ним, будто сама природа создала этот идеал, недоступный для разрушительной силы лет. И в этом была какая-то магия, притягивающая и завораживающая. Этот человек оставался для меня загадкой, неуловимой тенью в моей памяти.
– Извини, что прервал твой сладкий сон, – сказал он мне, – Согласись, что неприятно осознавать, что ты в плену у жизни.
– Я привык к этому, – ответил я ему. – Да и восьмичасовой сон длится всего лишь мгновение. Мгновение – и уже пора начинать новый день.
Ощущалось на интуитивном уровне, что я встретил родственную душу, это сродни обнаружению ценного сокровища. Среди миллиардов пустых душ, найти сокровище – это, безусловно, подвиг.
– Я демон Юдоль, а ты, кажись, будущий десятый мудрец?
– Так ты демон? – я не был удивлён его признанием, – Ты не похож на демона.
– Главное, не перепутай меня с дьяволом и теми мудрецами.
Его признание никак не повлияло на мои чувства. Для меня он по-прежнему остаётся прекрасным, чистым и честным человеком. Я оценил его искренность и открытость, с которыми он поделился со мной. Это говорит о его силе духа и желании быть честным перед собой и другими.
– Если бы я неверно тебя проинформировал, и сказал бы тебе, что я являюсь Ангелом, повлияло бы это на твои мысли и чувства по отношению ко мне? – спросил меня Юдоль.
– Я не властен над своими чувствами, иногда и мыслями. Например, я много раз пытался сказать своей гордости, чтобы она заткнулась, но она никак не заткнётся. Я неоднократно пытался успокоить свой гнев, но это лишь разжигало его пламя. Я много раз пытался побороть свою лень, но она прорастала как сорняк внутри меня.
– Даже ты иногда не способен победить своего внутреннего зверя? – спросил он.
– Мне с большим трудом удаётся его одолеть и усмирить, – ответил я, – Тем не менее, я признателен тебе за то, что ты не стал скрывать свою истинную сущность.
Внезапно из земли с большой скоростью выросло дерево, которое постепенно приняло форму стола, а две крупные ветви превратились в удобные стулья, словно приглашая присесть. Кора дерева приобрела гладкость полированного камня, а на поверхности стола проступили замысловатые узоры. Казалось, сама природа создала этот удивительный предмет, таинственный и манящий. Явление это вызвало трепет и любопытство, заставляя задуматься о неведомых силах, способных на подобное творение.
Зеленая листва гармонично дополняла дизайн созданной мебели, словно понимая симметрию красоты. Ее изумрудный оттенок создавал ощущение свежести и природной чистоты. Тонкие прожилки на листьях напоминали искусную резьбу, подчеркивая изящество форм.
Юдоль жестом предложил мне присесть, и я послушно сел на деревянный живой стул. Странное ощущение охватило меня, когда я почувствовал, как податливое дерево подстраивается под моё тело.