После того, как у девчонки произошел выброс, она поднялась с постели поразительно быстро и принялась помогать Джеймсу, который разрывался между Лисбет, Элис и Аидом. Состояние последнего оставляло желать лучшего, но дела его обстояли вполне сносно, по сравнению с сестрами Вебер.
– Внутри каждого из нас живет сокрушительная сила и мы можем творить уму не постижимые вещи, – бормотала Нур, сидя у постели мужа. – Но есть то, что сильнее каждого из нас, то, против чего не работают никакие заклятья и удары. Иногда я думаю о том, что смерть наблюдает за ними и громко смеется над нашими жалкими попытками доказать то, что мы стоим хоть чего-то.
– Не говори так, – вздохнул Джеймс. Мужчина стоял за ее спиной, положив руки ей на плечи. – Ты работаешь в госпитале столько лет и знаешь, как никто, что смерть проявляет к нам просто неслыханную доброту.
Нур не ответила. Опустив тяжелые веки, она ощутила головокружение. Была ли это усталость от бессонных ночей или в ее душе бились эмоции, сводящие с ума, она уже не понимала. Смахнув слезы, женщина поднялась на ноги и посмотрела на Нильсона.
– Знаешь, в тот день мне не было страшно умирать, – едва слышно заговорила она. – Человек знает, что он смертен и от этого в такие моменты смирение приходит почти мгновенно. Я встретила ее, словно так и должно было быть, – ее глаза снова закрылись, а голос задрожал. – Но теперь, получив второй шанс, умирать страшно. Сейчас смерть кажется мне чем-то несправедливым, ведь я энергетик, я наполнена силой, а сделать все равно ничего не могу.
– Он не умрет, и ты знаешь об этом не хуже меня. Его показатели приходят в норму. А пока, все что нам остается – это ждать.
Нур не нашла слов, чтобы ответить хоть что-то. Бросив на мужа еще один встревоженный взгляд, она поплелась к столу. Проходя мимо койки Лисбет, Саадат замерла и помедлив, подошла ближе. У постели женщины, привалившись спиной к стене, дремала Ванда. С тех пор, как Джеймс отсоединил от нее аппаратуру слежения, девчонка не отходила от предводителя.
– Иногда я удивляюсь тому, насколько эта девочка противоречива, – тихо, почти шепотом пробормотала Нур. – Я была уверена, что Ванда возненавидит Лисбет, но нет. Она не уходила отсюда ни разу с того дня, как закончился переброс энергии.
– Ей всего четырнадцать. Ей нужны родители, – отозвался Джеймс, а после усмехнулся и склонил голову набок. – Как-то она мне сказала, что я похож на ее отца. Мне льстит тот трепет, с которым она относится ко мне.
– Хочешь сказать, что Ванда видит в Лисбет мать? – женщина скептически изогнула бровь.
– Едва ли ее мать имела хоть что-то общее с нашей Лисбет, – пожал плечами Нильсон. – Однако, она для всех нас порой становится матерью. Даже для меня, – врач присел на край стола и его взгляд стал рассеянным. – Думаю, что каждый поселенец найдет за что быть благодарным ей.
Ванда сидела на полу, прислонившись спиной к стене и ее глаза были закрыты, однако она не спала и прекрасно слышала, о чем говорили Джеймс и Нур и как только те вышли из палаты, она поднялась на ноги и склонилась над постелью предводителя. Она долго смотрела на нее, а после склонилась и ткнулась носом в ее лоб.
– Возвращайся, – шепнула Ванда. – Ты нужна мне.
Эти слова, сорвавшиеся с ее губ, были искренними, но в тот момент девчонка и подумать не могла, насколько действенными они окажутся. Уже не следующее утро Лисбет очнулась и отправив Джеймса по предельно конкретному маршруту, когда тот попытался ее остановить, сорвала с себя все датчики и ушла в штаб, чтобы занять свое законное место.
Крис, выполнявший ее обязанность в последние две недели, опешил, увидев Лисбет на пороге, но тут же поднялся из ее кресла и принялся докладывать о делах общины.
– Темные так и не объявились. Я передал всю информацию в Ковчег. Сейчас люди Великого Светлого прочесывают лес в поисках Черной Свечи, – вещал парень, курсируя мимо стола предводителя, заложив руки за спину.
– Правда? – пробубнила Лисбет, шумно отпивая кофе из кружки. – И как успехи?
– Никак, – фыркнул Крис, закатив глаза. – Позавчера к нам приходили трое павлинов из личного состава Великого Светлого. Видела бы ты их рожи, когда я предложил им помощь.