– Но Великий Темный даровал Назару черный поток, – при упоминании имени врага у Ванды сжалось сердце. Девчонка все еще вспоминала его окровавленное, нахальное лицо, по которому она с такой ненавистью колотила в лесу.
– Его черный поток никогда не сравниться с тем, который имеем мы с тобой, – ответила женщина. – А кроме того, подумай, как долго проживет человек, пытающийся удержать то, что в него не помещается.
Ванда вернулась домой еще до того, как село солнце. После разговора с Лисбет она испытывала смешанные эмоции, но разбираться в них не было сил. Все чего она сейчас хотела – это лечь спать. Приняв душ и проглотив несколько кусков хлеба, девчонка юркнула под одеяло и мгновенно отключилась. Ее сон был настолько крепок, что она уже не слышала, как час спустя в гостиную вошел брат. Парень тихо проскользнул мимо нее, стараясь наступать на дощатый пол как можно аккуратнее и сразу же отправился в спальню. Минуя диван, он замер и прикоснулся рукой к патрульной куртке, которую та небрежно повесила на спинку и провел пальцем по белой нашивке с черными буквами – Вторая Северная пограничная община, Четвертый патруль, Ванда Гросс.
Утром, когда Ванда оказалась в госпитале, приятное предвкушение, которое она испытывала, собираясь на работу, как ветром сдуло. Заметив абсолютно испуганное выражение лица своей новой подопечной, Джеймс тихо подошел к ней и положил ладони на ее плечи.
– Тебе не о чем переживать, – едва слышно сказал он, наблюдая за тем, как девчонка рассматривает бумаги, на которых был зафиксирован отчет о состоянии Элис. – Если тебе что-то непонятно, ты имеешь право задавать вопросы. В конце концов, ты только учишься.
– Если честно, то мне ничего непонятно, – выдохнула Ванда и задрав голову, посмотрела в глаза врачу. – В общине Найры Атохи лечили совсем не так. Она учила меня полагаться не на бумажные данные, а на собственные ощущения и на то, что являет мне энергетическое депо.
– Я попробую объяснить тебе все, что здесь написано, более понятным языком, – улыбнулся мужчина и помедлив, взял стопку бумаг в руки. – Как ты уже знаешь, каждая система нашего организма имеет свое собственное энергетическое депо. Вызывая проекцию организма, мы можем наблюдать своеобразную схему, на которой каждая из входящих в нее систем обозначается определенным цветом, на фоне которого написаны цифры, обозначающие уровень потока того или иного органа.
– Да, это я помню, – терпеливо кивнула Ванда.
– И это отлично, – усмехнулся Джеймс. – Значит, основной принцип работы организма ты уже знаешь. Так вот, – продолжил он, перелистывая страницы. Он извлек одну из бумаг из общей стопки и положил перед ней на стол, – Проекция человеческой головы является самой сложной, но и самой интересной. Помимо внешних органов, сюда входит мозг, который в свою очередь подразделяется на огромное количество отдельных секторов, – мужчина сделал паузу, наблюдая за выражением лица Ванды и спросил, – Что ты знаешь о головном мозге человека?
– Он находится внутри черепа, – неуверенно ответила она и закусила губу, судорожно вспоминая учебник по биологии. – Головной мозг – это главный орган центральной нервной системы, в котором различают пять основных отделов.
– Неплохо, но меня не интересуют определения, – кивнул Джеймс. – Скажем, что ты знаешь о строении переднего отдела?
– Ну, передний отдел включает в себя полушария мозга, покрытые бороздами.
– Да ты просто гуру биологии, – поддразнил Нильсон и указал на схематичное изображение мозга на листке. – Именно борозды нас сейчас и интересуют. Большие полушария мозга подразделяются глубокими бороздами на четыре доли. Ты знаешь на какие?
– Они подразделяются на лобную, теменную, височную и затылочную, – с готовностью ответила Гросс. – Если ты хочешь узнать у меня о том какие функции они выполняют, то сразу скажу – я не помню.
– Не страшно, я расскажу тебе, – Джеймс пододвинул стул и присел рядом с ней. – Каждая из долей имеет свой центр. Так, например, в лобной доле находится двигательный центр, в теменной – центр чувствительности, а в затылочной находится зрительная зона.