Пока Лисбет говорила, Ванда судорожно пыталась представить, что та имеет ввиду, но на деле у неё не было ни одной хотя бы стоящей догадки.
– Пока что твой дар из-за шока и твоего внутреннего протеста против происходящего не проявился полностью, но по мере того, как ты будешь учиться, тебе придётся смириться с изменениями в твоём сознании, – продолжила Вебер. – В нашем мире есть определённая классификация. Конечно, это все грубо, мы ведь не какие-то растения, чтобы подразделять нас на виды. Тем не менее, выделяют по меньшей мере десять основных видов энергетиков, один из которых является самым редким. Таких людей было всего трое.
– Что же это за вид? – дрожащим голосом спросила Ванда.
– Ему так и не дали названия, но если объяснять просто, то ты можешь полностью владеть сознанием людей. Да, многие из нас умеют наводить морок, а кто-то может лишать органов чувств, но ты можешь больше. Ты можешь слышать мысли, можешь улавливать настроение и влиять на него, можешь подчинять себе сознание, заставляя делать человека все, что тебе будет угодно. Самое тяжелое и страшное из этого – именно возможность слышать мысли. Представь, что ты спустилась в метро и слышишь не только голоса людей, но и все, что творится у них в головах. Это страшный гул, который ты будешь слышать всегда и это то, что может свести тебя с ума, взорвать твой мозг, помутить рассудок. Только один, из таких как ты, смог совладать с этим, научился контролировать свой дар и применять во благо себе и другим. Остальные двое закончили свою жизнь в госпитале Ковчега, в палате для душевнобольных.
Ванда закрыла глаза, пытаясь переварить услышанное, как вдруг её голову прожгла боль. Адское пламя разлилось в черепной коробке, казалось, что мозг плавиться, словно свинец, ища выход из тесного костного пространства. Лисбет держала ладони над её головой, пуская чёрный туман, который за считанные секунды заполнил весь кабинет.
Она очнулась, лёжа на кресле. Лисбет пощелкала пальцами перед её лицом, помогая окончательно прийти в себя. Ванда хрипло застонала, хватаясь за голову и оттянула темные пряди своих волос.
– Я заставила твоё поле полностью сосредоточить все силы на развитии этого дара. Сейчас иди домой и выспись хорошенько. Завтра утром я буду ждать тебя в библиотеке.
Выходить из штаба на трясущихся ногах стало уже чем-то привычным. Ванда оступилась и схватилась руками за ствол дерева, утыкаясь лицом в кору. Голова все еще горела и ей хотелось вырвать себе все волосы вместе со скальпом, в надежде на то, что это потушит адское пламя.
– Эй, что с тобой? – раздался незнакомый голос. Она повернула голову и увидела прямо перед собой лицо парня. Он был широкоплечим, высоким с черными, подстриженными под ежик волосами. – Тебе плохо?
– Просто голова закружилась, – отозвалась девчонка.
– Ты новенькая, да? Ванда, кажется, – парень тронул её за плечо, предлагая помощь. – Моя сестра приносила вам еду в первые дни. Меня зовут Назар.
Ванда снова окинула его взглядом. Он выглядел довольно угрюмо, и она подумала о том, что едва ли осмелилась бы сама подойти к такому, но сейчас на улице не было ни души и ей стало как-то спокойнее от его присутствия. Девочка села на траву и обхватила голову руками.
– Я так устала, – вдруг сказала она. – С того дня, как я оказалась здесь, чувствую себя так, словно попала в дурдом.
– Я понимаю тебя. Я и сам здесь не так давно и первое время было тяжело и сейчас тоже не просто. Твои родители погибли, да?
– Я не хочу говорить об этом, – покачала головой Ванда. – Я всегда была против насилия, но сейчас чувствую, что готова вцепиться в глотку тому, кто сделал это.
– Ты знаешь того, кто убил их?
– Нет. Лисбет сказала, что, возможно, это был кто-то из новичков среди Тёмных, – она закрыла лицо руками. – Темные, Светлые, какая-то энергия... Хочу открыть глаза, и чтобы все это оказалось сном.
Голова снова начала пульсировать, Ванда зарылась пальцами в волосы и тихо застонала. Сознание наполнил тихий, свистящий шепот, похожий на звук барахлящего радио.