С тех пор как Элис показала Ванде заклятье, позволяющее читать книги, не тратя кучу времени на перевод, дело пошло на лад. Девочка училась систематизировать потоки чужих мыслей в своей голове и потихоньку привыкала, что теперь в её сознании никогда не бывало тихо. Её брат тоже продолжал изучение своей силы. Таким образом, спустя месяц, проведённый в общине, парень научился драться, используя энергию, левитировать, становится невидимым и проходить сквозь стены. Он неоднократно пытался застать сестру врасплох, но та наперёд знала, что он близко, потому что слышала его мысли. Сама Ванда тоже имела способность к левитации, правда её первый полет оказался не таким красивым, как у брата. Это случилось так резко, что потом её долго рвало на опушке леса.
Постепенно люди стали привыкать к ней, но некоторые все ещё обходили стороной. Одним из них был Роберт Эльстад, один из членов штабной группы. Невысокий и худощавый, немного сгорбленный и какой-то сухой, он проносился через общину, заставляя замолкать всех, кто встречался ему на пути. Его фигура казалась темной, неприятной, а угрюмое лицо вызывало волну страха и отвращения. Ванда знала, что он состоит в отношениях с Элис и ей сразу же бросилось в глаза то, что он был намного старше, чем девушка.
Кроме того, её сторонился и Назар. С того вечера, когда они говорили у штаба, он больше не подходил к ней и угрюмо смотрел на свою сестру, которая успела подружится с Вандой. Мари вызывала у нее особенный трепет. Девушка была старше на три года, но была такого маленького роста, что со спины ее запросто можно было перепутать с ребенком. Марина Акулич была единственным некроэнергетиком во Второй Северной и, может быть, именно из-за этой способности ее глаза были наполнены тоской и страхом. Она часто замирала, думая о чем-то своем и в эти моменты изумрудные, раскосые глаза смотрели сквозь пространство и время. Несколько раз Ванда пыталась разговорить новую подругу, спрашивала ее о прошлой жизни, о семье, но та лишь отводила взгляд, а иногда и вовсе убегала, подолгу избегая девочку. Не желая ранить Мари, Гросс оставила свои попытки и решила, что если она захочет, то когда-нибудь поведает ей свою историю сама.
Выйдя из душа, после долгого рабочего дня на кухне, Ванда собиралась ложиться спать, когда неожиданно раздался вой сирены. Брат и сестра столкнулись в гостиной и бросились на улицу. Они услышали сигнал тревоги впервые, но хорошо знали, что он значил.
На улице творилась суматоха. Сонные пограничники выбегали из своих домов, многие из них босые, одетые в пижамы. Браслеты, которые уже успели получить Феликс и Ванда, мерцали на запястьях красным и оттуда доносился голос Лисбет.
– Члены патрульных групп – занять свои позиции над секторами, работники школы – уводите детей в библиотеку. Остальные – распределиться по территории общины.
Ночное небо подернулось заревом и раскрылись сразу несколько порталов. Озлобленные, словно дикое племя, Темные хлынули в общину. Стоя на земле в полном оцепенении, Ванда взирала на то, как члены Второй Северной сражаются с недругом. Она вглядывалась в знакомые лица тех, с кем успела познакомится. Лица, которые сейчас были перекошены от злобы. Поселенцы защищали свои дома, над госпиталем шла ожесточенная борьба, здание штаба то и дело пытались поджечь. Она вдруг увидела невысокую женщину с карамельной кожей, которая взметнувшись вверх зависла, потом закрутилась, превращаясь в шар, а через несколько секунд на землю упал медведь. Огромный и разъяренный, он несся по земле, сметая всех Тёмных, что встречались на его пути. Наблюдая за этим, Ванда и не заметила, что её брата уже нет рядом. Феликс метался по небу, пытаясь помогать членам общины, а она все не могла заставить себя сдвинуться с места. Тело парализовал страх.
Откуда-то с неба свалилась блондинка, вставая на ноги прямо перед ней и занесла руки, полные синего тумана. Ванда закричала и закрыла голову руками, совсем позабыв о том, чему учил её Крис. Блондинка запустила в сторону девчонки шар, но он встретил преграду – медведица появилась между ними в последний момент, принимая удар на себя. Зверь, отбросил Ванду назад и завыв и бросился вперёд, вставая на четыре лапы. Чем закончилась эта борьба, девочка уже не видела. Поднявшись с земли, она рванула в лес.
Ванда бежала, не разбирая дороги в полной темноте. Сердце гулко стучало в груди, отдаваясь дробью в голове. Ночная рубашка набрала на себя паутину и репьи, ветки хлестали её по лицу, голые ступни кололи иглы, опавшие с сосен. Страх гнал её все дальше, заставляя удаляться от жилой части общины. Она не помнила, чтобы хоть раз в жизни бежала так быстро. От усталости ноги свело судорогой, она споткнулась и покатилась с пригорка вниз, пока не приземлилась лицом в прошлогоднюю жухлую листву, опавшую с кустарника, ощущая запах болотистой земли из-под неё.