Назар был страшен в гневе. Парень, словно обезумивший от злости, наносил один удар за другим, хотя его поле было слабее, чем у противника. Чёрные и красные шары врезались друг в друга, распадаясь сотнями искр, озаряющих тёмное небесное пространство.
К ней снова вернулся страх, но на этот раз она боялась увидеть смерть. Снова. Парень явно терял силы и решившись, она бросилась вперёд, но долететь до цели так и не успела. Назар рывком поднялся вверх, а после обрушился на врага. Оказываясь за его спиной, он обхватил его за плечи и резким движением повернул голову мужчины до щелчка. Ванда замерла и вскрикнув, прислонила ладони к груди. Сквозь её тело прошёл отголосок чужого отчаяния – последнее, что испытал Тёмный перед своей кончиной. Это была не боль и не ужас, это было что-то большее – чувство неизбежности, смирения, а за ними ничего, кроме тьмы.
Силы покинули её и она, раскинув руки в стороны, начала плавно снижаться. Глаза закрылись, тело погрузилось в омут слабости. У самой земли, её осторожно обняли руки, сжимая плечи, помогая опуститься на устланный листвой и иглами покров.
– Не закрывай глаза, – шепнул голос около уха. – Это не твоя смерть.
Ванда подняла тяжёлые веки и посмотрела на него, пристально изучая лихорадочно блестящую зелень глаз, которые, казалось, мерцали в темноте. В них не было сожаления или вины, только чувство выполненного долга. Почему-то горькое.
Оборона общины затянулась до самого рассвета. Сидя на земле, привалившись к дереву спиной, девочка наблюдала за тем, как Лисбет, Роберт и Элис закрывают последние дыры в пограничном поле, пробитом во время нападения Темных. Ее клонило в сон, тело ныло от усталости и боли, но особенно болело плечо, которым она врезалась в дерево. Ткань ночнушки пропиталась кровью, а кожу саднило, но проведя нехитрые манипуляции, Ванда убедилась в том, что рука не сломана. Подумав, что у Джеймса сейчас и без нее хватает работы, она решила отложить поход в госпиталь до лучших времен. Хотя по большому счету, ей просто хотелось перевести дух после схватки с недругом. Испытав огромный поток боли, злости и страха на поле боя, она не хотела снова принимать на себя шквал отрицательной энергии от пострадавших поселенцев общины, которых, она была уверена, в тот момент в госпитале было не мало.
Вскоре покров пограничного поля был восстановлен и все члены общины, находящиеся у границы, двинулись в сторону жилых построек. Ванда плелась в самом конце группы. У нее не было никаких сил, чтобы оторваться от земли. Впрочем, она оказалась не одинока в своем желании прогуляться пешком. Девочка заметила, как Назар намеренно замедлил шаг и поравнявшись с ней, одарил ее внимательным взглядом.
– Я в порядке, – читая его мысли наперед, пробубнила она.
– Ну да, оно и видно, – хмыкнул парень. Он и сам изрядно пострадал и теперь волочил левую ногу по земле.
– Спасибо, – сказала она, благодарно глядя на него. Шея тут же отозвалась ноющей болью, при воспоминании о том, как Темный тянул ее за волосы.
– Да ладно, – Назар передернул плечами. – Считай, что это был мастер-класс, – с легким пафосом добавил он и вдруг улыбнулся. Видеть улыбку на его лице, обычном угрюмом, было так странно. Особенно учитывая то, каким растрепанным выглядел парень. – Я же обещал потренировать тебя.
– Да уж, тренировочка что надо, – вздохнула Ванда. – Голая практика и никакой теории.
– Теорию будешь учителям в школе рассказывать. Ты же понимаешь, что на деле все совсем не так. Когда пытаешься спасти свою жизнь, нет времени просчитывать траекторию энергетического удара и амплитуду замаха.
– Драться по книжкам, это как обучать котлеты квантовой физике, – согласилась она. – Глупо и бесполезно.
Когда они добрались до поселения, во всю светило солнце. Кажется, день обещал быть теплым и мало кто из обычных людей, проживающих в окрестностях Второй Северной, мог представить, какая бойня произошла ночью на территории общины, скрытой плотным кольцом деревьев и болот. Завидев крыльцо своего дома, Ванда прибавила шаг, но ее тут же кто-то схватил за шиворот.