Стараясь отвлечься от этого наваждения в своей голове, Ванда все чаще уходила в лес и почти всегда к ней присоединялся Назар. Неделя частых тренировок дала свои плоды и теперь она могла уложить его на лопатки практически с одного удара, хотя уровень ее поля был таким же, как и у парня. Но была между ними разница – энергетический поток Ванды был нестабильным, а значит, она могла достичь самого высокого, черного уровня.
К концу второй недели над общиной сгустились темные, плотные тучи и зарядили дожди. Ванда сидела на диване в гостиной, подтянув колени к груди и смотрела на оконное стекло, покрытое каплями. Скрипнула дверь, в прихожей раздались шаги и вскоре после этого в комнате появился Феликс.
– Ну и погодка, – посетовал он, пытаясь отжать свои намокшие кудри. Парень прошел на кухню, включил чайник, несколько раз заглянул в холодильник, а после вернулся в гостиную и сел рядом с сестрой. – Что с тобой? – спросил он, вглядываясь в ее лицо.
– Тебе не кажется странным то, что Лисбет нет уже столько дней?
– Ты уже задавала этот вопрос Элис на прошлом собрании, и она сказала тебе, что все в порядке, – ответил парень.
– Она врет, – выдохнула Ванда. Ее голос был тихим, почти отстраненным, но в этой простой фразе сквозила уверенность.
– Ты что-то слышала в ее мыслях? – Феликс насторожился и как-то неестественно выпрямился, пытаясь поймать взгляд сестры, но девочка упрямо смотрела куда-то вниз, избегая зрительного контакта, словно это Феликс был телепатом, а не она.
– Нет. Элис закрывается от меня. У меня не хватает навыка для того, чтобы пробить стену в ее сознании, – ответила Ванда. – И это пугает меня больше всего. Стала бы она вести себя так, если бы все было в порядке.
– В любом случае, это не наше дело. Старшие сами разберутся с этим.
– Я так не считаю. Мы часть этой общины и все что происходит, касается нас напрямую.
– Не ты ли говорила, что тебе плевать на общину, порядки и на все то, что свалилось на твои плечи? – хмыкнул Феликс. Его слова почему-то задели ее, и Ванда резко вскочила с дивана.
– Да, я так говорила, но с тех пор многое поменялось, Феликс. Я была напугана, настолько, что не хотела верить и мириться с происходящим. Прошло много дней и теперь я понимаю, что выбора у меня, кроме как смириться, нет.
– Я все равно не понимаю, почему ты так переживаешь из-за Лисбет. Может быть и правда что-то случилось, может быть она допустила ошибку и ее сняли с поста.
– И ты так просто говоришь об этом? – девчонка наклонилась к брату, глядя ему прямо в глаза.
– Да, потому что мне все равно, кто станет предводителем. Не она, так кто-то другой.
– Ты дурак, Феликс, – прошипела Ванда, ткнув пальцем в его плечо. – Подумай о том, у кого из старших самые большие шансы стать новым предводителем.
– Ну, я думал, что в случае отстранения Лисбет, ее место займет Элис. Разве я не прав?
– Я слышала ее мысли. Элис сильный энергетик, но она никогда не встанет на место сестры. Зато Роберт просто полон энтузиазма занять этот пост.
– И что с того?
– Ты правда не понимаешь? Он ужасный человек, я не доверяю ему и не хочу оказаться у него в подчинении.
– Зато ты доверяешь его протеже, – фыркнул Феликс. – Твой Назар полный придурок.
Пространство комнаты рассек звук пощечины. Карие глаза девчонки сверкнули злобой и обидой. Не сказав больше ни слова, Ванда выбежала из дома. Дождь бил по щекам, заставляя дрожать, но ноги упрямо несли ее в сторону леса. Может быть завтра у нее поднимется температура, но почему-то сейчас ей казалось, что завтра никогда не наступит. Тревога, скопившаяся в груди, достигла своего пика, и она была уверена, что в любую секунду случится то, что изменит жизнь всей общины.
Когда она добралась до поляны, на которой провела больше времени, чем в своем новом доме, Ванда передернула плечами, осознавая насколько промокла. Тяжелые берцы набрали на себя комья грязи, сосновые иглы и мелкие веточки и теперь ей казалось, что ее ноги липнут к земле. Она попыталась очистить подошву о ствол, лежавший на краю поляны, который та обычно использовала как скамейку, но обувь все равно оставалась неприятно тяжелой. Полуд ветер, тучи немного рассеялись и сквозь них показалась луна. Ночное светило бросило лучи на сосны, тени которых уродливыми силуэтами заплясали вокруг нее. Ванда никогда не боялась темноты, но сейчас, стоя в одиночестве в лесу, ей стало не по себе. И о чем она только думала, когда пошла сюда?