Шли часы, а ответа на вопрос, что делать дальше, у нее не появлялось. Стало как-то тоскливо, ведь она даже не понимала сколько времени прошло. Интересно, Лисбет уже добралась до общины и если да, то как отреагировал Феликс на то, что женщина вернулась без нее? Ванда была уверена, что брат этого так не оставит, но сникла, понимая, что он ничем не сможет ей помочь. Настроение неумолимо портилось. От скуки девочка начала представлять, как славно было бы сейчас заснуть, чтобы скоротать время, но к ее великому сожалению, она утратила эту способность вместе со своим телом. Подумав, девчонка снова обратила внимание на мерцающий огонек. Он точно был настоящим и почему-то она была уверена, что эта красная, поблескивающая точка была ею самой. Будто бы в подтверждение ее мыслей, огонек заморгал, а потом она услышала что-то странное.
Тихий, едва различимый звук доносился до нее, становясь все громче. Первые несколько минут она не могла понять откуда он взялся и где был его источник. Он не был похож ни на что из того, что доводилось слышать раньше. Тонкий, протяжный, отдаленно похожий на скрежет гвоздя по стеклу, звук нарастал, но вокруг была только тьма и ни граммом больше. Вдруг ее сознание пронзила мысль о том, что звук исходит от точки. Но раз тела у нее больше не было, то как она могла услышать его? Выходит, все это действительно происходит у нее в голове, а если это так, то значит, что сознание не покинуло пределы телесных оков. Значит она жива.
Огонек моргнул, словно догорающий уголь и тогда Ванда впервые ощутила, как сквозь толщу мрака к ней пробилась тонкая, едва различимая эмоция, отдаленно похожая на боль. Не потребовалось много времени для того, чтобы осознать, что нить принадлежит ей самой. Память послала образ того, как выглядит это чувство и от этого стало только хуже. В тот момент Ванда поняла механизм образования человеческих эмоций. Испытывая что-либо, сознание человека отыскивает похожие физические ощущения, обращаясь к телу, в которое заковано и лишь потом создает образ, заставляя его укрепиться в мыслях, превращает в такую искусную и реалистичную иллюзию, что не остается не единого шанса, чтобы не поверить в нее.
Когда звук стал невыносимым, девчонка не выдержала и по наитию представила, как хватает надоедливый огонек в руки. Он вдруг увеличился в размерах и стал похож на шар с тонкими мерцающими стенками. Сознание неосознанно нырнуло в него и наполнилось яркими и быстрыми кадрами, сменяющими друг друга. Вот по дорожке, выложенной камнем бежит черноволосая девочка лет пяти на вид. Малышка замирает у крыльца, хватается за перила, пытаясь запрыгнуть на первую ступень и ее тут же поднимают руки, помогая осуществить задуманное. Прикосновение чужих ладоней ощущалось почти физически, словно она знала его. Поняв, что видит мир глазами ребенка, Ванда быстро узнала знакомый пейзаж, а следом перед глазами появилось лицо отца. Гросс чувствовала, как мужчина прижимает ее к себе, как бормочет на ухо слова о том, что она молодец и что он гордится ею. В памяти всплывали все новые и новые кадры и ход их лишь ускорялся. Семейные праздники, поездки на природу, объятия родителей, школа, друзья, интерьер любимой комнаты, звуки маминого голоса и запах еды.
Вывалившись из собственного подсознания, Ванда пожалела о том, что не может закрыть уши руками. Несносный огонек выл диким зверем и искрил, отбрасывая красные блики во все стороны. И наконец она все поняла. Загадочная точка была ее душой. Душой, которая страдала и рвалась туда, куда навсегда была закрыта дверь, тосковала по тем, кто волей судьбы оказался заключен под холодной плитой. После первого осознания ее настигло и второе – выходит, что человеческое сознание и душа это две разных субстанции. Сейчас ее душа казалась ей капризным ребенком, которого пыталось успокоить мудрое сознание. Собрав всю свою волю в кулак, девчонка снова вторглась в пространство огонька и отыскала в нем лицо брата, лес Второй Северной, который так полюбился ей, коморку, в которой стоял старый рояль, образы людей, к которым привыкла за прошедшие месяцы. Да, она потеряла многое, тех кого нельзя было вернуть, сколько слез ты не лей. Теплые воспоминания о счастливом детстве навсегда останутся самыми светлыми и одновременно горькими отголосками прошлого, но взамен за свою потерю, она получила не мало. Конечно, никто и никогда не заменит ей отца, мать и сестру, но попытаться жить дальше, это не значит предать их.
Души ушедших людей больше всего на свете желают того, чтобы те, кто остался, продолжали свой путь. Назар ускользнул из ее рук, но это не значило, что до него нельзя было добраться. У нее все еще был шанс на это, а если она его упустит снова, то найдет другой, откроет все двери, появляющиеся на пути, лишь бы сделать то, что считала правильным. Может быть, ее родители и не желали бы расправы над убийцей, отнявшим их жизни, но Ванда решила, что теперь этот выбор остался за ней. Родители покинули этот мир и во имя их светлой памяти, она сделает все для того, чтобы их смерть не была напрасной. А еще будет помнить. Ведь это единственная награда для тех, кого больше нет с нами.