— Вот потому я и не сдохну — бо Пряня меня ждёт, хе-хе.
— Да ты хоть понимаешь, на что подписываешься? — заорали на брюнета дружно все.
Хог посмотрел на ребят. А затем — дебильно улыбнулся.
Сие решение не оспаривается: он не покинет Златогор без Орфея.
— Как, кстати, твою сестру зовут хоть? — спросил юноша блондина. — А то ты её всё время сестрой величаешь, словно она безымянная.
— Сэр Хог…
— Короче, давай стели, чел. Ты от меня всё равно не избавишься, бо я настырный шо пиявка.
— Пожалуйста…
— Спасибо. А теперь по делу излагай.
Орфей умоляюще посмотрел на Эса с Юлей, но те лишь головы понурили. За последние три недели они хорошо уяснили одно: Хог — баран, тупо к своей цели идущий и ни на что не обращающий внимания. Будет хоть вечность лбом в ворота биться, пока их не отворит. Такого отговаривать бесполезно: даже если они силой схватят его и на корабль доставят, он обязательно сбежит и вернётся обратно.
Потому Орфей сокрушился под натиском бараньей настойчивости, смиряясь с решением самого упрямого участника команды «Серп».
— Мою сестру зовут Блейз Аквария.
— Нормас. Будем спа… — Хог замолчал. Как и Юля, перевёл взгляд на Эса, что подавился случайно едой.
— Вот сук, — Корт по груди себя постучал, чтобы откашляться. — Пересолили, походу. Надо перекурить.
С этими словами рыжик взял сигареты и ушёл на балкон.
Юля уныло посмотрела на Хога.
— Мне придётся об этом сказать Элли.
— Хочешь, я сам с ней перетру?
— Хог, пожалуйста, подумай ещё раз.
— Над чем? Кидать Орфа? Я вроде понятно постелил свою позицию, — фыркнул Лимит.
— Да послушай же меня, пожалуйста! — взмолилась бедная Сахарова. — Мы можем рассказать всё Элли. Я уверена, она не станет поступать так, как говорит рыжий балбес, и прибудет к нам.
— Смотри. На часах — семь утра. Кэп и Пряня с минуты на минуту причалят к кордону. От того, что ты ей всё расскажешь, независимо от решения Мисс-Хочу-Всех-Жизни-Научить, не изменится ничего. В одном случае она скажет, какой я дегенерат проклятый и прикажет вам меня брать силой. А если всё-таки Её Высочество смилуется над нами, плебеями — то придётся ей снова плыть целые сутки. Как ты понимаешь, время, данное нам сейчас, надо по максимуму использовать, а не тратить его на ожидание Синего Величества.
— Сварга Небесная! — девушка сокрушилась окончательно.
Эс тем временем докурил и вернулся в комнату, с шумом плюхаясь на стул.
— Ну, что решили?
— А что тут решать? Я и Орф едем бить морды всяким печенегам.
— Ясно. Можете записывать в свои ряды меня.
— Что? — у Юли чуть инфаркт едва не случился. — Т-ты серьёзно?
— О-о-о, наш человек! — обрадовался Хог и протянул Эсу кулак, к которому тот прижал свой.
— Да ты… Т-ты же сам минутами ранее говорил…!
— Я настолько бабник, что меняю не только девушек, как перчатки, но и решения, — с ухмылкой объяснился рыжик.
Юля так и села на стул с глазами по пять рублей. Всё в одночасье пошло к чертям собачьим — и скорое возвращение домой, и надежда, которая, увы, сдохла. Безусловно, можно позвонить Элли и всё ей рассказать, дабы эрийка по-своему объяснила парням, что их ждёт в случае неподчинения её воле — но разве Хог её послушает? Он будет стоять на своём, а Эс…
Девушка снова встала, приковывая к себе внимание всех. Статичный план преобразился в динамичный, обрастая под гнётом обстоятельств новыми квестами. И раз уж сему миру суждено было сойти с ума, то…
— Тогда… я тоже с вами пойду! — заявила Юля — хмурая, покрасневшая и страшно эмоциональная.
— Ю-юля… — округлил глаза Орфей.
— В команде должен быть кто-то, кто будет присматривать за этими оболтусами! Эту великую ношу я возложу на свои хрупкие, чёрт подери, плечи!
— Ухуху. Чую, будет весело, — Хог весело наполнил стаканы холодным квасом. — Ну шо, братва — побудем сумасшедшими ещё трошке?
— Yeah, boy, — ухмыльнулся Эс.
— Папа меня убьёт, — сокрушённо причитала Юля.
Орфей пустил слёзы. Ненамеренно, случайно. Глаза вдруг защипало от собравшегося в горле кома, а поджатая нижняя губа сама к верхним резцам прижалась. Он не хотел, чтобы они шли за ним — но, в то же время, искренне этого желал. Покуда знал: не справиться ему в одиночку. Не вызволить сестру из плена вражьего, не победить бандитов, не преодолеть тернистый путь до цели…
Ибо король — фигура слабая. Она ничего не сможет сделать на поле боя, если её не оберегают более сильные союзники.