— Это… это нес… несправедливо! — тихо прошептала Алиса, со слезами на глазах смотря в сторону мрачного убийцы. — По… почему жизнь заставила тебя пройти через страдания? Почему она отнеслась к тебе так жестоко?
7. Это резко выбило Смога из прежнего равнодушия, из-за чего наёмник дёрнул бровями и удивлённо посмотрел на плачущую девушку. Он готов был услышать всё: ругань, сопли, маты, слова о ненависти, страх, крики — всё. Но только не чувственное сострадание к… самому себе. Лимитериец только что рассказал ей очень болезненную, страшную и ужасную правду насчёт всего, а Алиса вместо ненависти ответила жалостью на грубость охотника из союза «Тигр». Нет, Лимит знал, что Бластер боится его, однако и подумать не мог, что нас…
Но дело было не в этом!
Смог столкнулся с синевато-морским взглядом, который не питал к нему никакой ненависти и злобы. Он рассказал ей именно ужасы, которые должны были причинить эрийке боль, а Алиса услышала именно его внутреннюю боль, которую наёмник скрывал за маской мрачной жестокости. И слёзы, которые шли из её глаз, появились не от злых слов, а от того отвращения к жизни, которое Лимит питал ко всему. Ей было искренне жаль Смога, который потерял свою семью в раннем возрасте, а потом вместо детства получил оружие и стал убивать. Его всегда ненавидели все, а потом забрали то, что являлось самым драгоценным в жизни мрачного наёмника. И именно тогда Смог наполнил своё сердце ненавистью, после чего решил отомстить каждому, кто причинил боль его родителям. Он не делал исключения никому, кроме брата и лучшей подруги, а потому изливал свою ненависть на каждого. Но Алиса услышала именно боль Смога, а не его желание причинить остальным страдания.
Не испытывай страха за свою жизнь, Алиса бы даже подошла и обняла бы наёмника, чтобы утешить. Неужели непонятно, что изумруды в его глазах стали холодными с рождения? Нет! Будь Смог законченным потрошителем, стал бы жертвовать своей местью ради того, чтобы помочь Блейз освободиться от старой жизни? Вряд ли. Алиса не могла распознать его душевные чувства с помощи «Теории любви», однако услышать боль наёмника у неё получилось. И оттого Смог пребывал в растерянности, поскольку не ожидал подобного со стороны эрийки. Она смотрела на него с жалостью, а не с презрением, и именно это… разозлило Лимита.
ВШУХ — Алису обдало сильным порывом ветра, после чего в её воротник вцепились жёсткие пальцы и подняли девушку вверх. Моргнув от неожиданности, эрийка открыла глаза и столкнулась с ледяными изумрудами.
— Не смей. Смеяться. Надо мной! — жестоко отчеканил Смог, с ненавистью глядя на сестру Бёрна. — Я не выпотрошил тебя только потому, что дал слово брату.
— Я… я же ничего не…
— Заткнись!
Наёмник грубо бросил девушку, и она упала на землю, после чего жалобно пискнула от боли. Лимитериец стоял и мрачно смотрел на эрийку, которая уже начинала дрожать от страха. Он слишком жесток, но она знала, почему.
— Помогу Блейз измениться среди волонтёров, а потом продолжу уничтожать всех, — мрачно промолвил Смог, злобно глядя на Алису. Затем уставил на неё указательный палец, отчего эрийка вздрогнула. — Ты будешь первой! Потом займусь твоей сестрой, а затем уничтожу и Бластера. Твоего папашу оставлю на десерт, чтобы он вдоволь настрадался.
— Прости меня, — тихо прошептала Алиса, отчего Смога снова перекорёжило от злобы. Девушка перевела сочувствующий, грустный взгляд на него, и он увидел в её глазах лишь сострадание по отношению к себе. — Прости, если задела твои раны. Я просто хотела попробовать тебя понять. В твоих глазах слишком много боли.
8. Наёмник сжал кулаки до такой степени, что они побелели от сильного напряжения. Хотела понять?! Всё, чего хотел Лимит в данный момент — это уничтожить Бластер за то, что она так себя ведёт. Он уже начал жалеть о том, что дал обещание за то, что не убьёт эрийку. А ведь хотелось до такой степени, что даже во рту начал чувствоваться солоноватый привкус крови, а в глазах всё стало красным от ярости. Изувечить её лицо, вырвать глаза, разорвать на части, выпотрошить её тело, отрубить руки и ноги, ударить о что-нибудь тяжёлое — в голове Смога уже начали вырисовываться картины, в которых он жестоко мучил Алису и заставлял её страдать. Уничтожить! Убить! Прикончить!
Но даже сейчас, несмотря на страх, Алиса по прежнему не изменила свой взгляд, полный сочувствия и сострадания к лимитерийцу. Да, ей было нереально страшно оттого, что Смога в любой момент могло переклинить, отчего он с превеликим удовольствием оторвёт ей голову, чтобы она заткнулась раз и навсегда. Но Алиса не умела по другому реагировать на чьи-либо страдания, особенно если их было очень много. Эрийка уже однажды попробовала понять Хога и поняла его, а теперь хотелось и об его младшем брате узнать получше.
Вот только Смог — это не добродушный Хог, который очень сильно был удивлён дружелюбием и чувственностью Алисы. Первый лимитериец воспринял подобную доброту с сильным удивлением и шоком, поскольку в его жизни подобного никогда не было. А вот второй впал в бешеную ярость резко, потому что своей добротой эрийка не пожалела его, а задела старые раны. Последней, кто так понимающе пыталась поговорить с ним таким мягким шёпотом — это… Елена Эрия. Но это было в далёком детстве, которое у него отобрали из чувства жадности и зависти. Поэтому и воспринял Смог очень добрую Алису враждебно, поскольку она ему напомнила о матери.
— В следующий раз я отрежу тебе язык! — мрачно поклялся Смог, после чего развернулся и грозной походкой двинулся дальше, продолжая свой путь. — Поднимай свою задницу и иди за мной!
Алисе было очень страшно, однако она всё же поднялась и двинулась за Смогом. Ей, конечно, было обидно, что наёмник воспринял её доброту так жестоко, но она понимала его против воли реальности. Его сердце слишком сильно пропиталось ненавистью, из-за чего он смотрел на мир очень злыми глазами. С Хогом Алиса очень быстро нашла общий язык, поскольку волонтёр хоть и терпел унижения со стороны эрийцев, однако обладал светлым, добрым сердцем. А вот Смог — это совершенно другой человек. Алиса попыталась его понять точно так же, как Хога, за что наёмник едва не прикончил её. Слишком озлобленный.
Однако Алиса шла сзади и не видела, что Смог мрачным, задумчивым взглядом смотрит вперёд и сжимает пальцы правой руки, думая о том, что увидел несколько минут назад. Он слишком хорошо помнил своих родителей, а в особенности маму, которая была очень доброй по отношению к своим детям. Напоминание о прошлом отразилось на младшем лимитерийце порцией колкой боли в сердце, что дало лимитерийской ярости сильный скачок вверх. Смог хотел развернуться и уничтожить Алису жестоким способом, однако не мог этого сделать из-за данного Хогу обещания.
Именно это и спасло Алису от страшной гибели…
====== Эпизод 89: Лимитериум ======
Играющие треки в эпизоде:
1. Раздумья Алисы: Second Samurai [Matt Furniss] — Future Stage Theme 3
2. Хорошая фантазия: Sonic Mania OST — Mirage Saloon [Video Rip]
3. Остановка: Second Samurai [Matt Furniss] — Prehistoric Stage Theme 2
4. Лимитериум: Vexer — Sonic Axiom — Steel Station Zone
5. Неопределённое место. Будущее: Second Samurai — Future 2 (Genesis VA3)
6. Шах и мат: NemesisTheory — Heavenly Horrors
1. Оставшийся путь парочка провела в гробовом молчании, которое нарушал лишь шелест ветра и различные взрывы, которые происходили где-то далеко. Смог шёл вперёд и не оборачивался назад, а Алиса следовала за ним в нескольких шагах, грустно глядя ему в спину. Можно было бы подумать, что эрийка обиделась на лимитерийца, но нет: она прекрасно поняла, что задела его за живое. Девушка очень сильно боялась этого парня, и, одновременно, испытывала к нему сильную жалость. Любой другой человек на её бы месте уже начал бы кричать и биться в истерике от страха, но её уверенность в себе подпитывали слова Хога. Раз уж первый лимитериец верил в надёжность второго, значит, так оно и есть.
Смог агрессивно отреагировал на доброту Алисы — это означало лишь одно: он хлебнул немало горечи и боли в жизни, отчего его сердце попросту пропиталось мрачностью и ненавистью ко всему живому. Эрийка была слишком доброй — ей хотелось помочь абсолютно всем, поскольку она искренне хотела, чтобы все люди на Земле были счастливы. Но мечта и реальность — это две разные вещи, которые Бластер сильно путала. Именно за это Бёрн и ругал Алису, потому что наивная и добродушная девушка была легка как на подъём, так и на обман. Любой другой злодей мог в лёгкую прикинуться бедняжкой, а потом воспользоваться дружелюбием эрийки и сделать что-нибудь плохое.