— Будет лучше, если ты сам всё увидишь, Избранный. А я пойду в судебный зал. Это туда, — она кивнула в сторону второй, верхней дорожки. — Поговорю с Хароном, с остальными братьями, и потом мы тебя позовём. Да и… знаешь… я буду предельна искренна с тобой, Избранный: я ненавижу красных. Как вижу их, мне поневоле хочется их уничтожить. Надеюсь, ты меня правильно понял.
— Флэйм, постой! — окликнул брюнетку Лимит, когда та собралась уходить наверх. — Последний вопрос, хорошо?
— Говори.
Хэйтер вздохнул.
— Как вы понимаете, кто из людей чист, а кто — грешник? Видите насквозь их? Или что-то другое?
Аскер посмотрела на него тёмно-фиолетовым, звериным взглядом, сверкая красными, вертикальными зрачками. Несмотря на хрупкую внешность, светлый принц понимал: она не так проста, как кажется на первый взгляд. Если девушка является хозяйкой анти-людей — значит, она фактически равна их хозяину.
— От них пахнет кровью. Их поток энергии не гармонирующий, а искривлённый, — с особым омерзением фыркнула Флэйм, как будто от сравнения ей стало тошно. — Среди вас, людей, красные стали сильными и успешными. Но для нас они по-прежнему остаются красными. Убийцами!
После чего отвернулась и грациозной, медленной походкой стала подниматься наверх, оставляя Лимита в одиночестве. Парень тяжело вздохнул и покачал головой. Целиком и полностью понять её слова он не мог, но и обвинять девушку в чрезмерной ненависти к красным не собирался. Всё-таки Хог — обычный, простой человек-охотник, удачливым способом получивший Абсолютную Скорость от Гепарда. Он знал, почему анти-люди ненавидят красных, а потому не мог их переубеждать в этом. Нужно было быть благодарным хотя бы за то, что они не прикончили его друзей, пока юноша спал.
А ведь могли!
Хог покачал головой, после чего стал спускаться вниз. Флэйм сказала про какой-то сюрприз, о котором ранее ещё упомянул Гепард. Какой ещё сюрприз? Самый главный подарок, которому Хог действительно бы обрадовался — это поражение Триггера и окончательный сбор мозаики собственных воспоминаний. Лучшего подарка и не придумаешь! Так что если анти-люди решат подарить ему какое-нибудь ожерелье, символизирующее, допустим, чистоту и явь среди Избранных, то хэйтер останется с кислой миной на лице. Побрякушки ему были не нужны.
Добравшись до двери, он открыл её, зашёл внутрь… и остановился. Это была довольно обширная комнатка, где находились все его друзья. Красные — Элли, Бёрн, Аврора и Алекс — сидели на каменных стульях и старались мало двигаться, причина чего была объяснима: страх перед анти-людьми. Вот синие — Алиса, Эс и Хан — могли свободно передвигаться по комнате. Здесь была и Юлия, что сразу удивило Хога. Хотя Гепард сам говорил, что Харон нашёл её и дал приказ анти-людям отвести Юлию в Ботанический Сад; сам поспешил на помощь к Лимиту. И даже Пряник! Зверёк послушно сидел на коленях Элли и мирно посапывал. А спиной к нему сидел человек в белом халате и что-то писал в своём планшете.
Появление первого лимитерийца заметили все.
— О, братан вернулся! — обрадовался Эс и подошёл к другу, после чего друзья обменялись рукопожатием.
— Наконец-то ты пришёл! — Алиса даже обняла Хога, но это было неудивительно. Она очень любила ласку.
— Я тебя рада видеть, но извини, подойти к тебе не смогу, — в «капле» рассмеялась Элли. — Лучше сам иди сюда. Не то фиолетовые убьют меня.
— Вы не пострадали? — спросил Хог.
— Ну, немного, — посетовал Бёрн, после чего потёр своё плечо. — Слон мне едва кости не переломал, когда я начал отставать от отряда.
— Они жестоки к нам, но я их не виню, — вздохнул Аврора. — Мы всё-таки красные! Спасибо хотя бы за то, что головы нам не поотрывали.
Пряник слетел с колен Элли и подлетел к Хогу, после чего прыгнул ему в руки.
— А ты-то где был, Пряня? — удивлённо поинтересовался Лимит.
«Меня нашли Наши и принесли сюда. Здесь я ждал, когда вас приведут», — телепатически ответил анти-люд.
— Понятно. Выходит, ты и есть тот сюрприз, о котором мне говорили Анти?
Енот рассмеялся тихим, шипящим смешком, после чего вылетел из рук Хога и подлетел к человеку в белом халате. Затем толкнул его лапками в плечо, чтобы тот обернулся. А вот теперь Хог действительно удивился, медленно округляя глаза от шока.
3. Этого человека невозможно было не узнать, хоть попытайся ты его забыть. Благородная седина на висках, густые белые брови, под которыми находятся янтарного цвета глаза. Лет сорока пяти, одетый в белую водолазку и светло-чёрные брюки с коричневыми туфлями. И всегда он бросался в глаза именно тем, что носил свой излюбленный белый халат, в котором обычно хранил свой планшет для записей.
— Это… этого не может… быть… — в шоке выдал Хог, дрожащими глазами глядя на того, в чьё существование перестал верить с момента его гибели. — Но мне рассказали, что… Стоп! Какого хрена?
— Здравствуй, дружище! Надеюсь, ты не потеряешь сознание от шока, как моя дочка, — с хрипотцой усмехнулся Макс, пряча планшет в нагрудный карман халата. — Мало ли, ты тоже решишь, что я — это не я, а призрак какой-то.
Лимит в шоке оглядел всех своих друзей. Это что, розыгрыш какой-то?
— Дружище, не поверишь, но мы сами охренели дай-Боже-здрасьте как, — рассмеялся Алекс, после чего смеяться начали все, кроме Бёрна, Авроры и Хана.
— А я всегда знал, что профессор темнит, — нахмурился Бластер, благодаря чему компания перестала смеяться. — Но не думал, что до такой степени.
Чтобы у Хога не возникало вопросов, Макс решил рассказать всё с самого начала.
Когда команда «Кощей», а именно — Дан и Мидео — попытались бесшумно устранить команду «Пламя», Сахаров успел открыть огонь по наёмнице. К сожалению, убить её ему не удалось, а вот она нанесла профессору смертельную рану — удар ребром по груди, вырывая сердце. Именно тогда Макс и погиб. Якобы погиб. Бёрн и Дан схватились в жестокой битвы и превратили болота в земляные воронки, разрушив и цепь, державшую остров «Пурган». После этого и военный, и наёмник разошлись по разным направлениям, потеряв Марта, Лилю и Мидео в бою.
Но что же сталось с Максом? Прежде чем военные и наёмники начали драться, группа союза «Волк» (Макс теперь так называл небольшой отряд, возглавляемый Хароном) подобрала профессора и скрылась в неизвестном направлении. Мозг был цел и всё ещё жил — осталось лишь разобраться с сердцем. Это дело поручили Обезьяне, так как подобное как раз по её специальности. Профессора быстро вернули к прежнему состоянию, но поскольку он был ещё слишком слаб, анти-люди забрали его с собой в Ботанический Сад. Всё это время, что охотники находились на острове «Пурган», Макс отлёживался на базе союза «Волк».
Кстати, про Ботанический Сад. Он находился не на острове, а в России, что удивило хэйтера. Но к нему, на удивление, нельзя было подойти. Почему? Потому что гора, где анти-люди возвели Ботанический Сад, была окружена деревнями и лагерями, в которых проживали демоны. Группа Гелиоса — одна из них, поймавшая выживший отряд в свои сети. Хог даже подошёл к окну и через него увидел вдалеке небольшую деревню, где горел костёр. Всё стало понятно. Люди не добрались до Ботанического Сада, поскольку попадали в лапы демонам, а те их либо отпускали (только обратной дорогой), либо вели на «пентаграмм-ритуал» и делали подобными себе. Неплохой союз заключили анти-люди и демоны: первые будут находиться в окружении их деревень, а вторые начнут пополнять свои ряды новыми красными (и синими, естественно).
Хог ничего не понимал. Анти-люди и демоны… дружат? Но он же видел, как фиолетовые зверски рвали на части зелёных.
Макс и про это объяснил. Здесь же и раскрывалась главная причина, по которой демонам страшно воевать с анти-людьми. Как только Харон услышал мольбы Хога о помощи, он тут же поспешил на выручку к Избранному. Несмотря на перемирие, он дал приказ убить всех демонов с особой жестокостью, а самому главному выколол глаза. Демоны опасались анти-людей, зная их зверскую жестокость и истинную беспощадность. Перемирие у них или дружба — это не важно! Если кто-то затронет или обидит того, кто имеет отношение к анти-людям, последние тут же уничтожат обидчика. Это и стало ошибкой Гелиоса: он не знал, что Хог является Избранным. Загипнотизируй демон его и отпусти, то никакой бы крови не пролилось. Ну, победителей не судят, и Хог тоже так считал. По крайней мере, его друзей не изнасиловали, и они остались по-прежнему людьми. Ошибка Гелиоса стала успехом для Лимита и его друзей.