— А если это не выпитень… — начала Лина и оборвалась, видя, как собеседник возмущенно округлил глаза. — Ладно, теоретически, — поправилась она. — Теоретически ведь люди могли сами зачем-то пойти на кладбище и принести дух с собой?
Айрторн скорчил гримасу.
— Теоретически.
— Значит, да? — не отставала Линетта.
— Вполне, — согласился лорд. — Но по показаниям соседей, они не бывали на кладбище в последние дни. Ризаль же сказал.
— А сам дух выбраться не мог?
Напарник закатил глаза, будто она спрашивала сущие глупости.
— Защиту на кладбище ставил сам Мартин Викандер. Не веришь мне, поверь ему.
Лина нахмурилась.
— Лорд Викандер? — переспросила, не скрывая сомнения в голосе. Чтобы главе Гильдии магов всей Реонерии делать в каком-то там Прибрежье? — С чего ты это взял?
Айрторн дернул плечом, будто в данном факте не было ничего удивительного.
— Ренье обмолвился.
— Но зачем ему?
— Да мало ли, — отмахнулся лорд, кажется, сам не заметив, как скопировал позу Линетты и тоже сложил предплечья на столе. До этого он держался за ужином по всем правилам этикета — никаких локтей на столешнице. — Приезжал с проверкой, зашел на кладбище. Не суть. Ризаль допускает, что Викандер ошибся.
Для Лины оба главы столичной гильдии были подобны богам, поэтому в предположение Ризаля верилось с трудом. Но тем не менее.
— Все ошибаются, — сочла справедливым заметить.
— Кладбище закрыто, — продолжал настаивать Айрторн. — Я проверял. Зак-ры-то.
— Тогда?
— А не знаю, что тогда. — Лорд развел руками, а затем подпер ладонью подбородок. — Лес? Побережье? Где-то эти люди недавно были, и где-то там есть труп.
— Чей труп-то? — поинтересовалась Линетта, давя в себе зевок. И тоже переняла позу собеседника. После впечатлений сегодняшнего дня голова была тяжелой-претяжелой, и подпереть ее действительно хотелось.
— Надо искать, — пожал правым плечом лорд, левый локоть у него стоял на столешнице.
Лина поджала губы и нахмурилась. Легко сказать — искать. Что они, сыскари, что ли…
И тут ее осенило.
— Можно спросить у сыскаря, — вскинулась она. — Я завтра как раз должна встретиться с представителем Королевского сыска.
— Похоже на план, — одобрил Айрторн и, в отличие от Лины, не скрывая усталости, потер глаза. — Давай уже, говори, за что тебя не любят в гильдии, и разойдемся на сегодня.
Только что проснувшийся в ней энтузиазм как ветром сдуло. Линетта помрачнела и выпрямилась. Убрала руки под стол.
— Интригуешь, — усмехнулся лорд, не иначе как следящий за ее переменой позы — смотреть не стала.
— Не знаю, — буркнула Лина.
— В смысле? — не понял тот.
— Не знаю, за что меня не любят, — Она резко повернулась обратно и уставилась на лорда негодующим взглядом, разозлившись из-за того, что ей не просто пришлось произносить это унизительное признание вслух, но еще и дважды. — Доволен?
Но Айрторн ее гневом не впечатлился. Наоборот — весело подмигнул.
— Надо узнать.
ГЛАВА 24
Специально оборудованный для собраний конференц-зал с шестью десятками посадочных мест в Гильдии магов Прибрежья давно не использовался из-за того, что годами не заполнялся даже на половину. Поэтому и рядовые утренние планерки, и общие собрания повелось проводить прямо в зале ожидания.
Обычно Ризаль вставал возле столов по центру зала, быстро излагал короткие новости и объявления и отпускал подчиненных с миром, то есть, как он любил говаривать, "в поля" — выполнять заказы заявителей.
Сегодня же собрание выдалось особенным. Во-первых, потому что на него собрались все сотрудники гильдии, включая тех, кто нес вахту прошлой ночью. Во-вторых, потому что глава не остановился в уже привычном для всех месте, а решительно отодвинул от одного из столов стул, проскрежетав им по каменному полу, и уселся, сложив руки перед собой, давая понять, что быстро умчаться по своим делам на сей раз ни у кого не получится.
Так и вышло. Ризаль долго и нудно рассказывал о недостатке кадров, об активности в городе нежити и нечисти, для борьбы с которыми не хватает специалистов, а те, что есть, справляются со своей работой недостаточно хорошо, раз за разом нарушая правила и позоря гордое звание мага. Да-да, так и сказал: гордое звание мага. Народ оценил: начал хихикать и переглядываться, пока начальник не выдержал и не громыхнул кулаком по столу.
Припомнил ссору Дорнана и Тиссена на глазах у клиента. Естественно, упомянул оплошность Лины и Ренье, затем Лины и уже нового напарника. Напомнил о вопиющем нарушении приличий Лукрецией, на которую написал жалобу один из лавочников, обвиняя темную в домогательствах к его малолетнему сыну.