Быстро выскользнув за двери, я хотела, чтобы последнее слово осталось за мной, но вслед мне раздался взрыв хохота, от которого содрогнулась вся изба.
Таха
Как только староста узнал, что я бывший кузнец, то глаза его загорелись, и он попросил меня помочь, чем смогу. Пока мы шли на кузню, он все время жаловался на бедственное положение деревни, после нападения стаи гохов, выкосившей большинство мужиков, в том числе и кузнеца. Его сынок, совсем еще не опытный мальчонка, тринадцати лет, остался за старшего.
- Слушай Таха, зачем тебе бродячая жизнь, смотри как у нас хорошо, - начал свою песню он, - Мы уж тебя не обидим.
- Не надо, Васко, не начинай все сначала, обсудили уже.
- Эх, хотя бы мальчонку оставили, у нас столько девок на выданье. Как его хоть зовут-то полностью?
- Линаррр, - еле затормозил я на последней букве.
- Имя какое-то девичье. Вот я всегда говорю, как назовешь, то и вырастет. Это надо-ж, уродиться краше бабы. А ты все же подумай, сразу не отказывай, утро-то вечера мудренее.
Кузня была уже разогрета, и со всей деревни подтягивалось население с разными проблемами. Молодой кузнец Бон выглядел старше своего возраста: плечистый и крепкий, с серьезным выражением глаз, по заготовкам и готовым изделиям было видно, что отец его успел научить кое-чему. Я принялся за работу. Руки быстро вспомнили привычное занятие и работа заспорилась. Я ощутил забытое состояние души, и она с болью сжалась от нахлынувших воспоминаний. Молодая, красивая жена с кринкой молока стояла перед глазами, а за подол держались дети – мальчик и девочка, погодки.
В тот год работы было столько, что я практически жил в кузнице, приходя в дом, только помыться и отдохнуть с ласковой женой. Мне с ней очень повезло, так, что я боялся радоваться, чтоб не сглазить, до конца не веря в свое счастье. Ну и старался я заработать побольше, чтобы моя Ладушка с детками ни в чем не нуждались. Вот только очень уж хрупкое оказалось счастье. Однажды утром не пришла она, оладушек и блинчиков горячих не принесла, ласковых слов не произнесла. Сердце мое встревожилось, кинулся домой, а там лежат они в кровати, улыбаются, будто уснули, а не мертвые вовсе. Никто и подумать не мог, что в доме, что стоял почти в середине села, тварь ядовитая заведется и избавление от нее только огонь, вместе с домом и телами, в которых она кладку устроила. Я сутки не разрешал никому к дому подойти, пока доркхи меня не вырубили. Утром, когда очнулся, Эрмин предложил мне к ним присоединиться и я, чтобы ничего мне не напоминало о трагедии, покинул родные земли. И вот уж семь лет минуло, но ни чего не забыто, сердце остановилось на мгновение и зашлось в бешеном ритме, когда я схватил уголек. Физическая боль вытеснила душевную, и я немного пришел в себя.
Бон все схватывал на лету, хороший парень, таким сыном и гордиться можно. День клонился к закату, когда мы проводили последнего клиента.
- Дядя Таха, пойдемте домой, а то скоро стемнеет. Мамка баню истопила и пирогов напекла, - пригласил меня молодой кузнец.
Баньку я люблю. До сих пор не понимаю, в чем удовольствие мыться в корыте, пыль только смыть. А хорошо распариться, да похлестать себя веником, в последние годы редкое удовольствие для охотника. Я шел за пареньком, мечтая о забытом удовольствии и не сразу рассмотрел, что вышедшая нас встречать женщина, необыкновенной красоты - это и есть мать Бона. Она застенчиво протянула мыло в кринке, чистое полотенце и старо мужское белье, быстро скрывшись в доме.
Из бани я вышел, когда уже совсем стемнело. В избе было уютно, чувствовался запах пирогов и травяного чая. Я поднял взгляд на хозяйку и тут же утонул в ее голубых глазах, заглядывающих в мою душу. Мы так и замерли, глядя друг другу в глаза.
Линара
До самого вечера я тренировалась, отрабатывая приемы показанные Туком на местных ребятишках и метая по очереди с ними ножи. Спать пошла в общий дом, понимая, что никто из отряда там ночевать не будет. Но, чего я никак не ожидала, так это накрытый стол и девицу, сидевшую скромно потупившись.
- Доброго вечера, - вошла я.
Только я помыла руки, а мне уже тянут полотенце расшитое узорами с петухами, при этом мило краснея.