Сколько я провел времени в темноте не знаю, но мозг лихорадочно вырабатывал планы побега, только бы успеть спасти Ли, а потом придется вместе покинуть поселок. Я понимал, если в подвал спустятся двое, мне с ними не справиться. Через некоторое время я услышал, как отодвигается защелка, быстро приняв прежнее положение, я затих. Мне повезло, отчетливо слышались шаги только одного человека, они приближались все ближе. Он вытянул руку с лампой, освещая мое лицо. Не раздумывая, я резко вскочил и ударил вошедшего головой в живот, одновременно делая подсечку. Шум падения огромного тела приглушила земля, лампа откатилась в сторону, но не потухла. Резко вскочив, я со всей силой пнул мужика в висок. Тело обмякло, я не стал проверять, жив ли он и, прихватив лампу, ужом юркнул в лаз. Выход из подвала раздваивался на два прохода: первый - вел в большой зал, откуда доносились пьяные голоса; другой – вел на лестницу на второй этаж. Выбрав второй проход, я тихонько поднялся: передо мной был длинный коридор с несколькими дверями. За одной из них послышался шум, и через секунду дверь распахнулась, прикрыв меня. Крупная женщина вытаскивала пустую бадью и не заметила, как мимо нее в комнату метнулась тень.
Я приоткрыл окно, хорошо, что ставней на нем не было, и осторожно выглянул. То, что я увидел, привело меня в полное смятение - дом окружал в пределах видимости лес в лучах заката, который никогда прежде я не видел, а это означало, что вряд ли скоро я увижу сестру.
Линара.
Посреди ночи раздался шум. По лестнице кто-то поднимался. Под тяжелым телом жалобно скрипели ступеньки. «Дохлый доркх» - выругалась я про себя, лишь бы он не стал стучать по стенам. Но видно он просто огляделся, так как вскоре послышались удаляющие шаги.
Под утро я тихонько открыла дверцу и прислушалась – в доме была тишина. Стараясь не шуметь, я спустилась с чердака – дом был пустой. Душа моя ликовала, неужели, получилось обхитрить прихвостней старосты. Я покружилась, разминая ноги, но тут встал вопрос - что делать дальше? В доме оставаться опасно, надо уходить, пока не стемнело. Но куда? Я не была дальше одного дня пути от Скрипа и не знаю, где ближайший город. Подумав, я решила идти вдоль тракта, идущего из города, ведь куда-то он ведет?
Взяв из тайника половину накопленных грошей, я понадеялась, что если Роб вернется, то обязательно догадается, что я сбежала, взяв только свою часть. Ни писать, ни читать мы не умели, да и во всем поселке грамотных было только двое: староста, да старый отшельник, практически не выходящий из своей конуры. Нарисовав схематично, на клочке бумаги, город и дорогу, я стрелкой отметила направление куда пойду и положила послание в тайник с оставшимися грошами.
Сборы закончила быстро. Одолжив старую куртку брата, я спрятала под капюшон туго заплетенные косы. В отражении старого с проплешинами зеркальца на меня смотрел подросток с миловидным лицом, может мне и удаться проскочить незамеченной мимо людей старосты.
Я подошла к двери и толкнула, она не поддалась, видно ночные «гости» ушли, закрыв ее снаружи – значит выйду через окно. Я подошла к окну и потянула руку, что бы открыть створку, и застыла в немом ужасе, волосы зашевелились на голове, на меня, не сводив голодного взгляда, смотрел глох.
«Как же так?» - растерялась я, ведь сигнала не было, неужели проспали. В следующую секунду мощный удар вынес раму, и в небольшое окно просунулась морда зверя. В это же мгновение я услышала запоздалый набат, все-таки дежурные проспали.
Глохи, были идеальными созданиями для убийств - сильные и одновременно гибкие, напоминающие тигра в броне. На длинном хвосте имелась шаровидная булава, крушившая не только кости врага, но и небольшие препятствия. Щитовидные отростки покрывали голову, спину и бока, пробить их практически было невозможно. Острые резцы в одно мгновение срезали мясо, а мощные клыки не просто удерживали добычу, но и впрыскивали яд, быстро парализующий жертву. Мощные лапы имели такие острые когти, которые им позволяли подниматься по отвесной каменной стене, беря непреступные города. Сейчас же самые большие стаи насчитывают не более дюжины особей, которым достаточно разорить небольшое поселение, а раньше – в самом начале прорыва, стаи достигали до сотни тварей.
Действуя в каком-то трансе, я выхватила кинжал, висевший на подвязке сбоку, и воткнула в глаз глоха. Голова скрылась в проеме. Понимая, что если я его не убила, он снова ринется в атаку и мне уже вряд ли так повезет. Я быстро достала кожаные перчатки, что бы хоть немного прикрыть кожу от яда. Подумав, еще обмотала руку, державшую кинжал полотенцем, а в другую схватила крышку от большого чана. За окном послышалась возня, и я с сожалением подумала – «не убила». Проем окна был небольшим и не давал зверю возможности быстро проникнуть в помещение. Дом сотряс удар – глох расширял проем, круша стену. Понимая, что шанс у меня есть только в узком пространстве окна, не дававшем противнику развернуться, я подскочила к окну, в которое уже протискивалась тварь. Другая. Глаз у нее не был поврежден. Послышался такой грозный рык, что у меня невольно подогнулись колени. Прикрываясь крышкой от грозных когтей просунутой вместе с головой лапы, я быстро сунула кинжал в пасть, проткнув горло. Как и первая тварь, эта тоже освободила проем. Подтащив лавку, я немного прикрыла разрушенную стену, понимая, что это мало поможет. Сорвав полотенце и перчатку, я проверила, нет ли повреждений. Рука сильно гудела, но была целая, я вот крышка была погнута.