– Здравия желаю всем и каждому, господа хорошие! За Бога, царя и Отечество, как говорится! А выпить есть?
На первые два предложения никто и головы не повернул. На последней фразе грузин вроде как дернулся, но, оценив скромные погоны подпоручика, сразу заскучал. Заурбек перебросился несколькими короткими фразами с черкесами и потянул друга на выход.
– Они не настроены общаться.
– Так пошли они в пень, я настроен! – Барлога решительно задвинул друга за спину, прокашлялся и выразительным голосом начал:
…Грузинский князь обернулся мгновенно, его горбоносое лицо оживилось радостью узнавания места. Вслед за князем словно бы нехотя, но потянулись остальные. А читать с выражением стихи любимого поэта студент из Калуги умел как никто!
Заур обреченно вздохнул, но, предоставляя старшему товарищу полный карт-бланш, терпеливо присел на корточки в уголке. Аудитория пленялась чтением…
Зато у казаков все было и проще и откровеннее. В конвое служили несколько ребят с Кавказской линии, двое донцов и двое черноморцев. Они не ставили ни палаток, ни шатров, сидя единым кругом у большого костра. От котла поднимался аппетитный запах…
– Да то ж дед Ерошка с Линии! – бодро вскочил навстречу нашим героям высокий есаул из гребенцов. – От то бравый казак, сколько себя помню, его знал.
– А с ним кто? – заинтересованно приподнялись и все прочие.
– Девка-а вроде…
– Так то внучка моя, – добродушно улыбнулся старик, челомкаясь со знакомцами. – Задание у нас с ней от самого Ляксея Петровича, так уж вот, не выдайте, братцы…
– Да рази ж мы не казаки? – дружно загомонили все. – Как бог свят, не выдадим! Сидайте ужо до костра, кулеш с уткою поспел…
Как видите, разные рода войск, разный социальный статус, разные национальные традиции, разные порядки были объединены одним – верной службой государю! Конвойцы недаром слыли признанной элитой иррегулярных войск Российской империи.
Так что, кто бы чего из себя ни строил, но в бою каждый из них был готов умереть за молодого князя! Но именно сейчас всем им предстояли испытания, которые, возможно, были похуже самой смерти…
…Низшая сидела вместе со всеми, старательно копируя жесты и эмоции самцов. Они были для нее совершенно непонятны, более того, безрассудны и глупы, как и вся эта история, которую человек из будущего пытался втюхать наивным кавказцам девятнадцатого века. Терпеть подобное было очень и очень сложно…
Это казалось абсолютно непонятным – оккупация чужой территории под предлогом ее же защиты – во всей вселенной считалось совершенно нормальным. Но оккупационная территория не должна цвести! Цель не в этом, а в том, чтобы максимально выкачать все богатства и полностью уничтожить местное население. Русские поступали не так…
И что? Надо было просто его выбросить! Тот, кто не способен выжить, не заслуживает жизни – это первое правило любой галактики. Но генерал был русским и какой-то странный монах тоже. Зачем ему понадобился умирающий мальчик? Явно не для еды.
А потом этот выздоровевший мальчик бежал от своего благодетеля! Чего иного ждать от людей, верно? Однако зачем-то он вернулся, израненный, гордый и захотел умереть в том же монастыре. К тому же перед смертью еще и болтать с полтора часа. Где тут логика?! Как скучно-о.
Что же дальше?
Все эти глупые самцы вытянули шеи, странная история захватила их, хотя с женской точки зрения здесь не было ничего интересного – ни любви, ни роковой страсти, ни не разделенных чувств, ни…
Э-э, нет, появилась грузинка! Хоть что-то…