– Так от со всем моим удовлетворением!
– Э-э, как бы… ну, удовлетворение, это… оно… несколько другое, – попытался влезть с комментариями молодой человек, но Васю, как вы поняли, уже никто не слушал.
Старый казак вновь встал с обнаженной шашкой у порога, Татьяна рысью обегала весь дом, собирая любые горючие материалы, от древесного угля до растительного масла, которым она поливала любую встречную деревяшку. А если ваш дом это сакля, сложенная из горных камней, то оно ведь совсем не значит, что внутри гореть нечему, да?
Всяческая мебель, низкий стол, коротконогие табуретки, ковры, навесные полки, солома на полу, поленницы дров, сложенные по углам. Плюс кровать, постельное белье, шкуры, сменная одежда ну и все такое, подобное по мелочи. А вот скромный вязаный коврик, прикрывающий дверцу люка в подпол, девушка наоборот дважды залила водой из медного кумгана. Так надежнее защититься от дыма и гари…
– Готово, от? – уточнил дед Ерошка, прислушиваясь к торопливым шагам за дверью.
– Махмуд, поджигай! – подтвердил неизвестно кому пылкий Барлога, и девушка бросила на пол пригоршню тлеющих углей из камина.
Оранжево-голубые языки пламени быстро разбежались по всему дому. Студент одним рывком открыл подпол. Дисциплинированная казачка, не задавая вопросов, спрыгнула первой, за ней пошел ее дед, последним закрывал крышку люка Василий. Наш подпоручик неслабо обжег себе запястье, но тем не менее умудрился сделать все ровно за минуту до того, как в горящий дом ворвались первые ряды песьеголовцев. Разочарованный собачий визг был слышен на пару верст, если не больше, но тут уж кто знает, да-а…
…Заурбек успел в два взмаха кинжалом разрезать веревки на запястьях пятнистого мальчика. Чеченская сталь не нуждалась в заточке и была острее бритвы. Тот пытался что-то промычать или хотя бы написать на песке, но времени не было.
– Бежим! Держись за мной и ничего не бойся! Мы своих не бросаем…
С чего вдруг молодой человек на условно-сказочном Кавказе начал говорить высокими штампами нашего времени, совершенно непонятно. Наверное, в ряде критических ситуаций все мы попадаем под воздействие мышечной памяти, когда сначала реагирует тело, а подключившаяся следом голова выдает самые банальные, привычные и даже навязшие в зубах фразы именно потому, что они работают!
Бежать через чародейные места Мамбери в неизвестном направлении – это вам не банальное самоубийство, это уже изощренный суицид с уклоном в модерн или постмодернизм. Начнем с того, что, огромная папаха постоянно сползала на нос, цеплялась за ветви средиземноморских акаций, африканских пальм и вообще жила своей жизнью, произвольно меняя цвет и форму. На голове первокурсника то появлялась аэродромная кепка из черной бараньей шкуры, то треуголка из меха белой овцы, а то вообще высокий цилиндр из пятнистого ягненка.
Маленький князь также вел себя самым непредсказуемым образом. То он поскальзывался на упавших с елки переспелых авокадо, то менял цвет лица с произвольных зеленых пятен на чешуйчатую шкурку или пытался перейти на четвереньки, потому что так удобнее петлять среди высоченных стеблей бамбука. Хорошо еще хвост не отращивал, хотя, быть может, так оно было бы и смешнее…
– Ужин сам пришел? – раздалось откуда-то слева, и господин Кочесоков не сбавляя шага, просто отмахнулся клинком.
Чеченская сталь окрасилась синей кровью, и опять-таки кто-то оставшийся неизвестным пожаловался некой маме, что его тут обижают, потому что «еда кусается». Мальчик обернулся, схватился за сердце (хотя у детей в его возрасте оно редко болит), трижды икнул, пискнул на предыстерической ноте и дюзнул вперед, даже не оглядываясь на своего спасителя.
Первокурсник из Владикавказа, не задумываясь, последовал его примеру, потому как сзади начали рушиться вековые секвойи, и кто-то, тяжело ступая, нежно шипел на весь лес, «что нельзя обижать моего сыночку-корзиночку!». Оборачиваться и смотреть, какая там «яжмать» конкретно топчется, не было ни времени, ни желания. Но через полчаса сумасшедшего бега Заур начал уставать…
– Привал, – хрипло объявил он, практически падая носом вниз в оранжевую траву.
Михаил Николаевич рухнул рядом с ним, раскинув ноги и руки в разные стороны.
– Не волнуйтесь, ваше сиятельство, мы выберемся. Я обещаю.
Мальчик улыбнулся и положил голову ему на плечо. Если бы это сделала девушка или взрослый парень, наш студиозус гарантированно бы напрягся, но невинный ребенок…
Заур обнял парнишку, дружески встряхнул, улыбнулся и подтвердил: