После чего прыгнул в люк ногами вперёд, оставив после себя долгое эхо.
– Огнище! – завистливо вздохнул Василий. – Дед Ерошка, а пошли-ка и мы по периметру, может, ещё какого-нибудь киборга фейсом об асфальт повозим?
Старый казак отличнейшим образом уловил суть, кивнул и первым направился в обход инопланетного крейсера. Название «Нергал» на борту они встретили в нескольких местах, но только прочесть не смогли, так как ни тот ни другой не знали алфавита небесных гостей. Да если б и смогли, что бы им это дало? Один маленький намёк на великую внеземную цивилизацию, прилетевшую в очередной раз облагодетельствовать нашу планету? Возможно такое?
В принципе, да, пока не выходит за рамки фантастического допущения. Вот только Василий Барлога, как студент государственного московского университета, ни на миг не был сторонником альтернативной истории, не считал Эрнеста Мулдашева пророком, не носил шапочку из фольги, а потому всё равно бы ничего не понял. Хоть намекай ему, хоть поленом в лоб – всё как об стенку горох! Гораздо интереснее то, что сейчас происходило с его младшим товарищем…
«Всё. Я прыгнул. А почему? Потому что я идиот. Редкостный идиот, каких мало. Такого идиота кусок ещё поискать надо. Этим даже можно гордиться. Но нужно ли?» – повторял про себя горячий владикавказец, летевший по извилистой трубе вниз в неизвестном направлении (и хорошо хоть ещё лампочки по пути горели).
Кому и зачем понадобилось прокладывать этот своеобразный тоннель, было неизвестно, зато осознание разумности (в смысле неразумности) собственного поступка пришло ещё в момент прыжка. О чём молодой человек и оповещал самого себя вслух:
– Двадцать лет, ума нет и, видимо, не будет. Зачем мне сдался это шайтан? Ради кого я лечу неизвестно куда? Почему мне вообще взбрело в голову помогать врагу рода людского?!
В этот момент труба резко кончилась, и господин Кочесоков приземлился прямо в заботливые руки кривоногого Ахметки.
– Вай, кунак мой… Ти што, за мной присёл, да?
– Ну, наверное, – без особого счастья в голосе подтвердил Заур.
В глазах умилённого шайтана показались крупные слёзы радости.
– Я упал, а ты за мной присёл… Не бросил глюпого Ахметку… Хочэшь, типерь мамой сваей назову?
– Нет, это точно лишнее.
– А хочешь, папой тибя назыфать буду? Дятей, тётей, бапушкой, э-э?!
– Давай вообще обойдёмся без сантиментов и телячьих нежностей! – Студиозус встал на ноги, поправил папаху и огляделся по сторонам. – Хм, где это мы? Что за бункер? Есть предположения?
Увы, нечистый никак не мог успокоиться, он вытирал глаза грязным рукавом мокрой черкески и буквально хлюпал носом от накативших чувств. Видимо, к нему, действительно, мало кто относился по-людски, а не полюдоедски.
Поняв, что с этой стороны помощи ждать не придётся, молодой человек, вынужденно решил взять инициативу в свои руки. Они оба находились в небольшой комнате, стены исписаны инструкциями или указаниями на неизвестном языке. Под потолком горят неоновые лампы странной формы, ромбического сечения. На полу один монорельс, обрывающийся аккурат под самым люком. Наверх по трубе не вскарабкаешься, значит, надо искать какой-то другой выход.
– Ну что ж, начнём с главного. Где у нас тут дверь?
Верховный любил дождь. Текущая с небес вода словно бы обладала особенным свойством успокоения нервной системы. Проливаясь снаружи, она невероятным образом обволакивала изнутри, гася раздражение и умиротворяя душу. В эти редкие минуты Чёрный Эну больше не хотел убивать: он мечтал выйти из каюты, покинуть корабль и лечь, раскинув лапы, прямо на холодное покрытие площадки, наслаждаясь нескончаемыми струями воды, льющимися на чешуйчатую спину. Ему давно стоило бы так сделать, если бы не субординация, не перешёптывания подчинённых, не тот благоговейный ужас, который он был обязан вселять одним своим видом…
Эну не считал себя тираном. Просто руководитель экспедиции всегда должен обладать более значительным авторитетом, чем даже капитан корабля. В конце концов, именно он является духовной опорой и стимулом для всех тех, кто прилетел на «Нергале». Да и задача любого капитана – привести судно к цели, не более.
Ну, иногда, быть может, оказать достойный отпор звёздным налётчикам, которые тоже не часто рискуют появляться в близости от кораблей с Нибиру.
Что ещё? Следить за командой и порядком на борту, вот и всё. В то же время труд самого Верховного был гораздо сложнее. Да что там, просто несоизмеримо!
Эну отставил опустевший бокал, на столе остались следы капель крови. На его плечи ложилось участие во многих походах, а ведь были экспедиции, которые длились годами. Ему приходилось усмирять мятежи, топить в океанах огненной лавы примитивные туземные города, вдохновляя на геноцид целые эскадры штурмовиков. А разве не умение заставить своих подчинённых идти на смерть ради благородной цели, является высшим талантом настоящего руководителя?