— Допустим, вы обязуетесь забыть обо всём, что видели, увести своих друзей и союзников куда-нибудь подальше. Поверьте, никто же не забирает у вас все эти горы! Речь идёт о некой аренде относительно небольшого участка на довольно короткий срок, за вполне приемлемую плату. Мы закончим свою миссию просвещения и спокойно вернёмся к себе на Нибиру. Наступит общий мир и благоденствие, а я со своей стороны гарантирую вам, что следующая экспедиция нашего корабля придётся на другое полушарие. В конце концов, это будет справедливо.
Заур слушал и кивал, кивал и слушал, автоматически поглаживая пальцами ножны чеченского кинжала. Он смотрел в немигающие, кристально честные глаза инопланетянина, пытаясь разглядеть в них хоть что-то человеческое. Пусть не доброту, понимание и сочувствие, но хотя бы родственное снисхождение, нечто вроде покровительственного отношения отца к сыну. Ведь если подумать, то речь шла о двух мыслящих расах, о встрече представителей двух разумных миров, которым совершенно необязательно подавлять друг друга, чтобы вместе сосуществовать в пространстве безграничной вселенной.
Однако в вертикальных зрачках ануннака студент-историк увидел лишь чрезвычайно плохо скрываемое презрение к себе лично, ко всему человечеству в целом и ко всей этой ситуации. И еще Заур заметил, что Верховный, как будто не в силах сдерживаться, хищно облизывает жёлтые губы раздвоенным языком.
Это было противно до омерзения, и первокурсник почувствовал нехороший холодок меж лопаток. Он неожиданно вспомнил изрубленные тела на горной тропе, растерзанный взрывами аул, погибшего старика, пытающегося помочь им с Васей, рыжебородого наиба, сидевшего здесь в плену…
— Вы абсолютно правы. А не выпить ли нам за дружбу, вечную дружбу между людьми и ануннаками? — вдруг произнес кавказец, собравшись с силами.
Чёрный Эну снисходительно щёлкнул пальцами. Практически в ту же секунду на пороге появился стройный стюард в белом мундире, но почему-то без штанов. Бвана многозначительно кивнул ему, и буквально через полминуты на столе стояли два серебряных цилиндра, до краёв наполненные багрово-красной жидкостью.
— У нас есть то, что вы называете вином.
Молодой человек поднял свой сосуд, и… в нос ему ударил железный запах крови. Заур молча поставил цилиндр на стол. Верховный, с нескрываемым удовольствием сделав глоток, посмотрел на гостя, и губы его искривились.
— Стюард! — деланно взревел он, оскалив окровавленные зубы. — Я приказал подать нам напитки! Вино, а не… убери это!
Несчастный, охнув, метнулся куда-то вбок, буквально тут же вернувшись с чистой посудой и глиняным запотевшим кувшинчиком.
— Иногда подчинённые бывают досадно рассеяны. Пейте же.
Заурбек огромным усилием воли заставил себя налить тёрпкое ароматное вино с кизлярских предгорий и осушить цилиндр, практически не отрывая от губ. Креплёный алкоголь он выпил как воду, просто заливая пересохшее горло.
— О, квасите? — В переговорную вломился Барлога, счастливый, как медведь в трусах, сбежавший на одноколёсном велосипеде из цирка-шапито. — Не-не, я пить не буду! Если вы всё, то мы линяем. Так сказать, солдатушки — бравы ребятушки, наши жёны — пушки заряжёны, чего-то там ещё… А, и горн побед зовёт в дорогу!
— Мой друг хочет сказать, что нам пора.
— Надеюсь, мы поняли друг друга… — Бвана, не вставая, помахал четырёхпалой ладонью.
— Думаю, мы обсудим ваши предложения и дадим ответ в самое ближайшее время.
— Отлично. Позвольте вручить небольшой презент в честь крепости наших будущих отношений. — Верховный осторожно вытянул из кармана небольшой прямоугольный свёрток. — Это очень древняя книга о вечной жизни, надеюсь, она принесёт пользу и вам, и вашим народам.
— Спасибо премного, данке шён, мерси! Валим, валим, тебе говорят! — Василий даже не дал товарищу толком попрощаться, едва ли не за воротник черкески выволакивая его из помещения. — Да не упирайся ты! Вот поверь, прям срочно-срочно-срочно надо! Аж невтерпёж!
Дорога по коридору не была долгой или трудной, достаточно было идти на запах свежего воздуха. Единственное, что немножечко смущало Заура — так это необходимость бежать за старшим товарищем сломя голову, когда по идее можно, да и нужно было удалиться без недостойной спешки, спокойным, прогулочным, даже чуть ленивым шагом. Но рьяный подпоручик уже задал темп и останавливаться не собирался. Когда они вылетели на порог инопланетного корабля, то причина такой спешки получила некое логическое обоснование.