Проблема "нормативности" психики наиболее четко формулируется в ранней работе К.А.Абульхановой-Славской "О субъекте психической деятельности" (1973). Она выделяет два основных аспекта проблемы: вопрос о "норме" психических затрат и усилий, обеспечивающих деятельность, и вопрос об эффективности психического отражения – способствует ли последнее более продуктивному выполнению деятельности, лучшей соотнесенности индивида с действительностью? "Анализ проблемы нормативности психического, – пишет К.А.Абульханова-Славская, – связан прежде всего с социальным аспектом: эта возможность открывается только тогда, когда проблему социальной обусловленности психики рассматривают как производную от общественного способа бытия индивида, а не от общественного бытия в его всеобщих формах" (1, с.248). Она считает неправомерным и ошибочным определение целевой функции психического отражения на уровне индивидуальной формы бытия индивида через соотнесение психического функционирования любого индивида с социальным как всеобщим, считая последнее "методологической издержкой" буржуазной психологии, неспособной поэтому правильно определить психическое как индивидуализированную деятельность.
При такой постановке вопроса о субъективном характере психического (типичном для советской, марксистской психологии), возникает целый ряд противоречий, которые можно кратко сформулировать следующим образом: как возможно развитие индивидуальных свойств и характеристик субъекта и их позитивная оценка, если его деятельность и (особенно) межличностное взаимодействие подчинены принципу нормосообразности? Ведь индивидуум, как известно, – это не совокупность его типичных впечатлений; это сумма его уникальных впечатлений, любое из которых может весьма далеко отстоять от конвенциональной нормы восприятия, ценностей, истинности и т.п. Индивидуальная жизнедеятельность, воспроизводящая общественный способ бытия, может создать (и создает) хорошо приспособленных и эффективных личностей, но трудно представить себе такой путь формирования уникальной индивидуальности.
В.С.Тюхтин, осуществляя методологический анализ категории психического отражения, пытается разрешить это противоречие указанием на специфический, субъективно-идеальный статус последнего, после чего дальнейшее рассмотрение субъективных аспектов отражения подменяется анализом его идеальной природы. Он пишет: "Активность отражающего мир субъекта находит свое специфическое выражение в субъективно-идеальной форме образа. – И далее, выделяя курсивом: идеальная форма отражения связана с функциональным выделением и использованием отношений и структур, адекватных оригиналу, посредством активной деятельности субъекта" (60, с.177-179). Сущностными характеристиками (Тюхтин называет их эмпирическими признаками) идеального отражения выступают его субъективность, базирующаяся на прошлом опыте, и отсутствие вещественных характеристик. Последняя есть традиционный атрибут идеального, первая же состоит в следующем: "Идеальное отражение – это система многообразных отношений и структур, составляющая внутренний, субъективный мир, отражающий внешний мир, и те переживания, эмоции и чувства, которые раскрывают ценностное (потребностное) отношение субъекта к миру вещей или же те его внутриорганические состояния, которые в том или иной степени могут быть объективированы субъектом в пространстве и времени" (60, с.179).
Таким образом, проблема субъективности психического отражения сводится, во-первых, к апперцепции (влияние прошлого опыта), во-вторых, к представленности в образе внутренних психических характеристик субъекта (при условии, что они могут быть объективированы). Очевидно, что такое понимание "вклада" субъекта в процессы психической активности далеко отстоит от идеи рассмотрения его как активного, созидающего и творческого начала.
В постсоветский период развития психологической науки предметом изучения все чаще начинают выступать различные типы и группы субъектов, а сама категория субъекта все больше отождествляется с человеком, обладающим психикой. Так, в обзорной статье, подводящей итоги исследований данной проблематики в 80-90 годы, говорится: "Субъект и его психика суть одна единая система, а не две. Субъектом является не психика человека, а человек, обладающий психикой, не те или иные психические свойства и вообще формы активности, а сам человек – деятельный, общающийся и т.д. Целостность субъекта и есть основание для системности всех его психических качеств – часто весьма противоречивых, не всегда гармоничных и т.д. Этим определяются два значения термина "субъективное". Во-первых, принадлежащее человеку как субъекту. В таком смысле у людей все психическое объективно существует только как субъективное, т.е. как качество индивида. Во-вторых, неадекватное объекту познания и действия, предвзятое, одностороннее и т.д. (отсюда субъективизм, субъективистское). Психологическая наука раскрывает объективные закономерности субъективного в обоих указанных смыслах" (14, с.31).