Линии любви
Есть руки у святых, их ищут пилигримы, Касание ладоней – поцелуй святых. Ромео и Джульетта Акт I, сцена V
***
Тепло.
Удивительное тепло.
Белла нежно ласкала мою ладонь горячими пальчиками, и ее касания пускали электрические импульсы по моим венам. Никогда бы не подумал, что чьи-то касания могут приносить такое наслаждение.
Солнце на фоне невероятных переливов фиолетового неба, словно апельсин против фуксии. Рассеянный свет проникал сквозь окна моей комнаты. Лучи заходящего солнца заставляли кожу искриться, из-за чего на стенах появлялись радужные пятна. Это было похоже на один из тех инфернальных диско-шаров 1970-х годов. Но Белле, похоже, нравилось. Маленькая Свон одарила меня волшебной улыбкой. Кончик ее пальца прошелся по синим венам на моем запястье, создавая невидимые узоры на бледной коже и заставляя меня дрожать от удовольствия.
Ничто не имело значения, когда теплые пальцы касались моей кожи…
— Тебе когда-нибудь гадали на ладони? — внезапно спросила Белла. Ясный голос затих, когда она положила мою руку себе на колени.
Я опустился на мягкие подушки, подложив правую руку под голову. Никогда прежде не занимался ничем подобным. Когда Карлайл изменил меня, я начал искать свое место в жизни, сосредоточившись на лженауке. Вряд ли хоть когда-либо верил во все эти гадания и хитроумные трюки. Я был скептиком, ведь с возможностью чтения мыслей всегда мог распознать мошенника.
— Не припоминаю, — ответил я, закрыв глаза от переполняющей меня нежности, когда Белла провела пальцем по центру моей руки. — А тебе?
— Да. Это был один из давних интересов Рене, появившийся после того, как мы отправились на местный фестиваль эпохи Возрождения. Она прочитала линии на ладони и была так взволнована перспективами, что купила около дюжины книг по хиромантии. И вот мы начали учиться, чтобы мама могла произвести впечатление на своих друзей и флиртовать с мужчинами.
Я усмехнулся. Это было очень похоже на Рене. Конечно, я мало видел мать Беллы, но она производила впечатление флюгера. Такая непредсказуемая и неуправляемая.
— Значит, ты тоже умеешь? — я скептически поднял бровь, с любопытством ожидая ответа.
— Немного. Это не сложно. Тем более после того, как изучишь технику. Она просто включает в себя немного интерпретации. Это часто используется неправильно: для прогнозирования будущего, хотя на самом деле ты просто предсказываешь потенциал. Линии на ладонях людей могут меняться. Я не знаю, также ли это происходит у вампиров или нет. У нас есть свобода воли, поэтому мы можем изменить нашу собственную судьбу в любой момент.
Я сразу заметил две вещи в ее фразе. Во-первых, Белла сказала о вампирах с необычайной легкостью и спокойствием в голосе. Меня никогда не переставало удивлять то, что она действительно хочет стать одной из нас. Если бы я мог пробыть хотя бы шестьдесят секунд в ее мыслях, то, без сомнения, это были бы самые лучшие шестьдесят секунд в моей жизни. Неужели Белла действительно хочет стать монстром? Ну и, во-вторых, концепция свободной воли людей слишком непостоянна. Какая польза от чтения ладоней, если будущее невозможно предсказать? Какую информацию можно получить?
— Прочитай мне, — резко попросил я, перекатываясь к Белле.
Щеки мгновенно окрасились в самый восхитительный оттенок розового, так соблазняющего меня. Сердцебиение мгновенно ускорилось.
— Но я не очень хороша в этом… — виновато прошептала Белла, ее чувственные ласки закончились, когда она заерзала — верный признак волнения.
Я приблизился и встретил взгляд кофейных глаз, подавляя желание широко улыбнуться. Ослепление, она называла это так, и я любил ее реакцию на это. Я попытался сделать такое лицо, которое делаю всегда, когда хочу что-то получить, и слепо потянулся за рукой Беллы.
— Пожалуйста? — промурлыкал я, делая свой голос настолько соблазнительным, насколько это возможно.
— Эдвард, я, правда, не очень хорошо в этом разбираюсь, — начала она заикаться. Почти.
Двигаясь с вампирской скоростью, я за долю секунды изменил свое положение, чтобы отразить ее позу со скрещенными ногами. Стараясь не нарушать контакт с невинными, шоколадно-карими глазами, я снова прошептал: «Пожалуйста?». Положив руки на колени, медленно придвигал их к ее бедрам, чтобы наклониться еще ближе. О да, узнаю этот неподвижный взгляд. Близко.
— Хорошо, — захныкала Белла. И хотя я не хотел разрывать контакт глаз, лучшей наградой стала возможность позволить своим губам спуститься к ее горлу.