— Кьяра, — он раньше никогда не звал девушку по имени. Ему больше нравилось звать её принцессой. Всегда с издевкой, насмешливым тоном, ведь он знал, что она не любит, когда её так называют.
Слышать свое имя из уст Дамира — это каждый раз как снежная лавина за пазуху.
— Кьяра… Ты… Ты мне стала дорога. Очень дорога за все это время. Я словил себя на мысли, что беспокоюсь о тебе и…
Она почувствовала, как в висках начинает пульсировать кровь. Сердце бешено колотится и руки предательски начали подрагивать.
— О нет, — сказала она с ноткой паники в голосе. — Нет, нет, нет! — Она попятилась назад словно увидала призрака.
Всё чувства, о которых она забыла, обрушились на неё как снег на голову. То, кем он есть на самом деле, кем был. Что натворил и как она его ненавидела. Как молила богов о справедливости и расправе над ним.
А он смотрел, как она отступает, но подождал говорить: — Я ничего не могу с собой поделать, — это звучало больше как утверждение, нежели оправдание.
— Я знаю, что я тебе не нравлюсь, знаю, что заслужил. Я также знаю, что ты постоянно плачешь о ком-то другом. Но я все равно ничего не могу с собой поделать. Мне ничего не нужно в ответ, — он тараторил быстро, боясь что она не дослушает и просто убежит. — Я ... Я просто хотел, чтобы ты знала.
Паника охватила ее всерьез. И она сделала то, чего ранее никогда не допускала, даже когда не могла справиться с ситуацией. Она разозлилась на него.
— Зачем?! Зачем мне знать? — Она перешла на крик. — Я не хочу об этом слышать. Ты не способен ни беспокоиться о ком-то, ни любить!
— Я просто единственное, что осталось от твоей прошлой жизни. И то, чудом осталось! И все из-за тебя! — Её дыхание сбылось, договорив, она сцепила зубы от напряжения.
Не дав ему вставить и слова, она продолжила: — Нам просто нужно вернуть твое прошлое! Тогда ты сможешь здраво оценить всю ситуацию. Снова посмеяться надо мной, и пойти вымыть свой поганый язык. Я уверена, ты захочешь это сделать, после того, что только что мне сказал.
В его взгляде читалась обида, и почему-то он не мог её скрыть, как обычно скрывал все свои настоящие чувства, а может просто не хотел. Он просто молча отвернулся.
— Справедливо. — Сказал он спокойно. — Я больше не побеспокою тебя по этому поводу. — Ассасин встал, взял рубашку, что висела на спинке стула рядом с кроватью и натянул ее через голову. Его настоящие эмоции выдавала дрожь в руках.
Она вышла на улицу. Хотелось подышать холодным свежим воздухом и помыть голову изнутри после всего услышанного.
***
— Она ещё не знает, какой силой обладает? — Король стоял у витражного окна, делая вид что разглядывает узоры на лунном стекле. На широком подоконнике рядом стоял серебряный кубок с недопитым вином.
— О нет господин, увольте! Если б она знала, что это метка вообще никак не сдерживает её колдовство на самом деле, я бы наверное не решился к ней сунуться без хорошей подготовки. Что уж говорить об её истинных возможностях. — Пояснил советник.
— Не в коем случае нельзя, чтоб она узнала, — отчеканил король. — Ассасин этот ещё…
— Она напугана как мышь, милорд, о силах и понятия не имеет и…
— Я говорю с ассасином делать что-то нужно! — Рявкнул король. — Эта маленькая хитрая заноза на свободе, как бомба, которая может рвануть так, что нам всем пусто станет. А этот убийца, он как катализатор этой реакции.
— Знали бы мы раньше, что она за фрукт, то избавились бы сразу, — советник попытался подлизаться к правителю. Попытка провалилась.
— Знал бы я, что ты такой бестолковый, то я бы от тебя избавился и все сам сделал, Каспар.
Советник напрягся, но виду не подал.
— Ты же не знаешь даже где они сейчас. Мне нужно срочно что-то предпринять. Крестьяне уже бунтуют, дворяне пока сидят, но это тоже не надолго. Либо я её беру в жены, либо её нужно казнить. — Правитель потёр гладко выбритый подбородок, — показательно казнить.
— Поскольку мне известно, принцесса направлялась к Источнику Забвения. — Развёл руками Каспар. — Думает, что Озеро это как волшебный пузырёк с лекарством от всех бед.
— Это территория леса Виридиан, её нельзя допустить ни в коем случае к местным жителям. Она сразу увидят силу и ещё чего хорошего, научат использовать. Тогда нам будет не сдобровать. — Король начинал вскипать от собственного бессилия в этой ситуации.