Она вытянула перед собой руки и начала формировать жгучую сферу между своих ладоней. Внутри растущего шара вскипала и булькала лава.
Разрывной, успеть бы бросить хотя бы два. И не задеть своих, тогда у нас будет шанс.
Яркое свечение, исходящей от рук колдуньи, привлекло внимание врага. Она поняла, что у неё нет времени договорить заклинание и метнула шар.
Сгусток лавы взорвался аккурат под ногами у троих наёмников. Того, что был ближе всего к месту падения магического снаряда, разорвало на мелкие куски. Остальных покалечило и снесло волной в стороны. Стены обагрило кровью. Попадали конечности, продолжавшие ещё нервно дёргаться, отдельно от тел. В воздухе запахло горелым мясом, палеными волосами и кишками.
Хрупкой девушке с тонкими ручками ни раз приходилось так убивать. Она на свой короткий век уже повидала крови сполна. Но её все равно чуть не вырвало. Кьяра удержала позыв. В голове помутилось, перед глазами заискрили яркие жёлтые пятна.
Мертвый камень этого замка не даёт столько энергии, сколько нужно для таких мощных заклинаний.
Она мельком видела в толчие и суматохе как мелькало лезвие клинка Грега. Ей нельзя было отвлекаться, нужно было формировать следующий шар. Но ей не дали…
Кто-то схватил её сзади и приставил к горлу кинжал. Она оцепенела.
Ну вот и все…
— Ничего не могут без меня сделать, — вздохнул сокрушенно тот, кто держал клинок у её горла.
И голос его принадлежал Дамиру. Когда он вышел с ней вперёд, все так же угрожая пустить ей кровь. Все замерли. Грег уловил её взгляд.
Прости, я не смогла.
Воин заметил её ещё до того, как она прикончила взрывом добрую часть наёмников.
Но когда он увидел нож у её горла, и человека стоящего за её спиной, он едва не выронил клинок.
Девушка почувствовала, как Дамир отдал приказ кивком и в этот момент весь ее мир рухнул.
Стоящий сзади наёмный убийца одним размашистым движением отсек голову Грегу.
Голова отлетела в сторону, упала и покотилась по грязному каменном полу. Из горла девушки вырвался истошный вопль.
Дамир отпустил её. Она упала на колени, и уже не кричала. Первая реакция прошла. В её глазах застыли ужас, боль, отчаяние. Сожаление…
— Она нужна живой! Пакуйте, я думаю с ней больше не будет проблем. Поставьте метку на затылке только, чтоб не кидалась больше этим дерьмом. Она мне чуть весь отряд не переполовинила. — Раздавал указания главарь головорезов.
Кто-то из наёмников поднял голову её возлюбленного и начал насаживать на свою алебарду, медленно. Слышался хруст и чавкающие звуки.
Кьяра взвыла и хотела отвернуть голову, но не смогла, кто-то насильно удерживал её так, чтоб она смотрела, пока другой связывал ее руки.
Девушка закрыла красные и опухшие от слез глаза.
— Нет? Не хочешь? Ну ладно. — Все убийцы разом начали смеяться.
Людей Грега постигла та же участь.
Боги милостивые, пускай это будет страшный сон. Пускай я проснусь, а ты рядом. Ты смотришь на меня своими голубыми глазами, я зарываюсь рукой в твои чёрные волосы с лёгкой проседью и ничего этого нет. Пускай это будет сон.
***
Но у богов не было настроения сегодня. Или они спали этой ночью. Спали так крепко, что не слышали криков о помощи, искренних молитв, треск древесины, ржание перепуганных лошадей, рыдание. Боги этой ночью спали так глубоко, что не видели, как горит деревня, и снопы искр вздымаются вверх, не видели обугленные тела ополченцев, верных до конца истинному королю, и не видели как едут всадники в ночи, освещая факелами путь и держа на пиках головы воинов. Как по древку стекала кровь, и как она скипалась на рукояти и пальцах убийц.
Фрустрация
Он больше не нервничал. Он просто хватался за голову обеими руками, его пальцы зарылись в жесткий короткий ёжик каштановых волос. Кьяра хотела бы рассказать всё в подробностях, чтобы он чувствовал себя еще более ужасно, но не смогла, к превеликому сожалению. Ком в горле спирал дыхание, глаза становились красными и влажными. Девушка старалась оставаться жёсткой хотя бы с виду. Ей до сих пор иногда казалось, что ассасин водит её за нос и потешается над ней. Но уж больно хорошо играет. Да и зачем ему этот театр?